все поля обязательны для заполнения!


 
ИЗ ТУПИКА
КНУТ МЕЛЛЕНТИН
Журналист газеты Junge Welt

21 февраля 1972 года Ричард Никсон прибыл в Китай. Это была первая поездка президента США в образованную в 1949 году Китайскую Народную Республику. Визит длился до 28 февраля и был необычно долгим для государственного визита. Позднее Никсон говорил, что это была «неделя, которая изменила мир». Китай сегодня - это вторая экономика в мире и важный кредитор погрязших в долгах США. Но последние продолжают снабжать оружием сепаратистский режим Тайваня, имеют военные базы в Южной Корее и Японии и намереваются форсировать стратегическое окружение Китая. То, что президент США прилетел в Китай и через несколько часов после посадки встретился с 78-летним, тогда уже тяжело больным председателем КПК Мао Цзэдуном, уже никого не удивляло. Сама сенсация произошла cемью месяцами ранее -  в июле 1971 года Никсон подтвердил намерение посетить Китай. На тот момент это была настоящая информационная бомба, мало кто мог тогда в это поверить. Ведь единственный контакт между двумя государствами с 1949 года заключался в так называемых посольских беседах, которые не были секретными, но велись без привлечения общественности. Всего китайские и американские дипломаты встречались примерно 140 раз, сначала в Женеве, потом в Варшаве и обсуждали в основном практические вопросы. 

Тайный визит Киссинджера

Совместное коммюнике, в котором сообщалось о государственном визите Никсона, было составлено его советником по безопасности Генри Киссинджером совместно с китайским премьер-министром Чжоу Эньлайем во время двухдневного тайного визита в китайскую столицу. «За почти 60 лет своей общественной жизни, я никогда не встречал такой блистательной личности», - так описывал китайского премьер-министра Киссинджер в вышедшей в 2011 году книге «Китай». И Чжоу, которому при первой встрече с американцами было 73 года, и Мао умерли в 1976 году. То есть они оба не дожили до официального установления дипломатических отношений, которое произошло только в 1979 году. 48 часов, которые Киссинджер с 9 по 11 июля 1971 года тайно провел в Пекине, он скрыл от международной прессы при помощи одной уловки. В течение долгой поездки по многим азиатским столицам, в пакистанском городе Равалпинди посланник Никсона внезапно заболел и для поправки здоровья он якобы отправился на горную станцию у подножия Гималаев. На самом же деле он полетел с небольшой командой из избранных сотрудников в Китай. Как отмечает Киссинджер, в Вашингтоне об этой вылазке знали только два человека - Ричард Никсон и Александр Хэйг, тогдашний глава президентского штаба. Главные данные того времени, среди которых и протоколы переговоров, давно рассекречены и сегодня доступны в интернете. В отличие от стандартных процедур, при которых такие встречи заранее подготавливаются экспертами, и множественные противоречия разрешаются еще накануне, в Пекине столкнулись переговорщики без каких-либо приготовлений и дипломатической страховки. При этом Киссинджер всегда имел собой толстый пакет материалов, который назывался «Книга», в то время как китайский глава правительства, следуя свидетельствам очевидцев, говорил свободно и имел все необходимые факты в голове. В тот тайный визит Киссинджера обсуждались две темы: вопрос Тайваня и война во Вьетнаме. Во второй день, 10 июля 1971 года, случилась ситуация, в которой Чжоу, на уклончивый ответ Киссинджера, еще раз коротко объяснил позицию Китая по Тайваню и спросил: «Если отложить решение этих вопросов на более поздние этапы, не окажется ли этот промежуточный период слишком напряженным? И если эти проблемы не будут решены во время визита вашего президента, что тогда будет итогом его визита? Не только люди в нашей стране, но и во всем мире будут спрашивать об этом и вас, и нас. Если визит президента будет подтвержден, то нужно приложить усилия в работе над этими вопросами. Разумеется, мы не ставим это в качестве главного условия для визита президента. Но мы считаем, что итогом визита должен быть общий вектор наших усилий. Мы всегда относились к тайваньскому вопросу, как к внутренним делам страны, который мы можем решить самостоятельно. Если же проблемы будут отложены, то напряженное состояние между нашими государствами останется прежним». Напряжение означает хаос, продолжил Чжоу, и перешел внезапно к теме военной пропаганды Индии против Пакистана – как раз в это время разгорался кризис вокруг Восточного Пакистана, будущего Бангладеша – таким образом, он перешел от темы конфронтации к другой ситуации, в оценке которой мнения Пекина и Вашингтона пересекались. Киссинджер с благодарностью принял такой подарок. Через некоторое время Чжоу вернулся к теме войны во Вьетнаме – на этой проблематике переговорщики столкнулись еще утром – а потом опять к Тайваню.

Великая инсценировка

В конце концов, во время визита Никсона в феврале 1972 года не получилось разрешить ни один спорный вопрос. Вьетнамская война закончилась только с освобождением Сайгона 30 апреля 1975 года, после того как Никсон в декабре 1972 году в очередной раз распорядился о массированной бомбардировке Ханоя и Хайфона. Дипломатические отношения США и Китая, как уже говорилось, были установлены только 1 января 1979 года, после визита президента прошло почти 7 лет. 17 августа 1982 года, во время президентства Рональда Рейгана, в одном совместном коммюнике Вашингтон сделал интересное заявление: «Правительство США заявляет, что оно не преследует цели вести долгосрочную политику продаж оружия Тайваню. Продажи вооружений Тайваню не превысят качественные и количественные масштабы поставок последних лет, после установления дипломатических отношений между США и Китаем. Правительство США намерено шаг за шагом снижать объемы поставок вооружений в Тайвань. Этим заявлением США признают позицию Китая найти основательное решение этой проблемы. Для того чтобы решить вопрос американских поставок вооружений в Тайвань, которые сложились исторически, правительства двух стран приложат все усилия для того, чтобы принять все необходимые меры и создать благоприятные условия для урегулирования этого вопроса». 30 лет спустя американские поставки вооружений сепаратистскому режиму до сих пор беспокоят Пекин, но все это уже превратилось в рутинный процесс. То, что США и Китай совместно работают над «окончательным решением» этой проблемы, во всяком случае, в открытом информационном поле обеих стран, не заметно. В конце концов «неделя, которая изменила мир» Никсона, была лишь великолепной инсценировкой, пафосным объяснением намерений двух стран, которые до этого момента были враждебно настроены по отношению друг к другу, вести совместную работу во всех направлениях. Это не решает всех проблем, но создает важную предпосылку для диалога. Исходя из этого, Киссинджер цитирует изречение Мао Дзэдуна на встрече 21 января 1972 года: «Это нормально вести переговоры, даже если в итоге не достигается никаких договоренностей. Что нам даст тупиковая ситуация? Почему результат нам так обязателен?»

Диалог вместо конфронтации

Протоколы тех переговоров до сих пор актуальны, как показывают ненависть и угрозы, направленные на Иран, это хороший пример того, чем на самом деле является дипломатия и чего она может достичь при определенных условиях, а также границы ее возможностей. Это может быть поучительно в эпоху, пропитанную пропагандой, где все то, что не подразумевает столкновений вооруженных сил контрагентов, называется дипломатией. Будь то заказные убийства, саботаж, финансирование террористических группировок, экономические акции вплоть до истощения «вражеского» населения, все виды операций спецслужб, манипулирующие «смену режима», и в конце концов, ставшие рутиной, раздумья о верном моменте для развязывания войны. Президент США Барак Обама заявляет, что у него «все варианты на столе». Но это не правда. По крайней мере, одного точно не хватает: дипломатических усилий, которые заслуживают такого определения, и переговоров без ультимативных максимальных требований. Встреча в феврале 1972 года показывает в этом контексте, что значительных изменений в двусторонних отношениях государств можно достичь при действиях, которые на начальном этапе выглядят бесперспективными. Но прогресс в переговорах был достигнут не потому, что различия во мнениях и противоречащие интересы были вынесены за скобки или были приукрашены. Наоборот, большая часть переговоров во время визита Никсона и во время двух поездок Киссинджера в Пекин – второй раз он посетил Китай в октябре 1971 – состояла из детального изложения позиций обеих сторон и выработки различий. Наглядным продуктом такого подхода является так называемое «шанхайское коммюнике», по итогам встречи в феврале 1972 года, состоявшее из трех частей: сначала китайская сторона разъясняла свою точку зрения, затем это же делали американцы, в третей части следовали заявления, в которых сходятся обе стороны. Киссинджер писал, что Чжоу Эньлай предложил такую форму по указанию Мао Дзэдуна, во время его второго визита в Пекин в октябре 1972 года. В своей книге Киссинджер описывает это событие так: «Сначала я был ошарашен таким предложением. Но после размышлений я пришел к выводу, что такой необычный формат позволит решить проблемы обеих сторон. Каждый сможет заявить о своих убеждениях и, таким образом, успокоить общественность своих стран, а также своих союзников. Различия в позициях были известны уже два года. Контраст позволит выделить достигнутые соглашения и сделать позитивные выводы более правдоподобными».

Мир изменился

Республиканец Ричард Никсон, ввиду своей политической биографии, был правильным человеком для такой сложной задачи, как растопить лед в отношениях с Народной республикой и успешно продать эту переориентацию в собственной стране путем политической пропаганды. Демократы, либералы и противники войны, которые обычно его ненавидели и не меняли своей позиции, в этом вопросе его поддержали. Среди его сторонников было совсем немного тех, кто упрекал бы антикоммунистического политика, бойца холодной войны и друга тайваньского лобби в слишком мирной политике по отношению к врагу. Никсон начал свою политическую карьеру в 1946 году в 33 года, будучи избранным в Конгресс. В 1951 году он стал сенатором от Калифорнии. Всего через два года он стал вице-президентом при Эйзенхауэре, пробыв на этом посту до конца срока полномочий президента в 1961 году. Своей стремительной карьерой он был обязан не богатой семье, а своей роли во время «эры Маккарти» и травли «коммунистов», либералов и демократов. В качестве члена «Комиссии по расследованию антиамериканской деятельности» он зарабатывал политические очки, разоблачая коммунистических агентов влияния, которые проникли в министерство иностранных дел США. Тема политического прошлого Никсона поднималась во время переговоров с китайцами. На первой встрече с Чжоу Эньлайем 21 февраля было упомянуто, что министр иностранных дел США Джон Фостер Даллес в 1954 году на женевской конференции по Корее и Индокитаю отказался пожать руку китайскому премьер-министру. Оскорбление 18-летней давности до сих пор было свежо в памяти. На это Никсон ответил: «Мы отказались от старых шаблонов поведения. Мы рассматриваем каждую страну отдельно, соответственно её поведению, вместо того, чтобы стричь все страны под одну гребенку, утверждая, что они находятся во мраке, только потому, что они имеют свою собственную философию. И я хочу искренне заявить премьер-министру, что моя точка зрения в то время была идентичной позиции мистера Даллеса, так как я был членом правительства Эйзенхауэра. Но мир с тех пор изменился, и отношения между Китаем и США так же должны измениться». То, что точка зрения Никсона на мир и будущее место Китая в нем сильно изменилась, внимательные современники, которых было достаточно в Пекине, могли удостовериться благодаря опубликованной в октябрьском номере журнала «Foreign Affairs» 1967 года статье Никсона «Азия после Вьетнама». Республиканец, который тогда участвовал в президентской кампании, хоть и прибегал иногда к привычным стереотипам о «Красном Китае», но также озвучивал свои стратегические размышления о том, что «в перспективе мы не можем себе позволить оставлять Китай за пределами семьи наций, где он растит свою ненависть и угрожает соседям. На этой маленькой планете нет места для изоляции одного миллиарда потенциальных тружеников». Но из этой статьи и первых действий Никсона после вступления в должность 37-го президента США в январе 1969 года, нельзя было сделать вывод, что он имел четкие представления, как он собирался достичь этой цели, или что он вообще собирался следовать какому-то определенному плану в этом направлении. В это время, неожиданное Тетское наступление поддерживаемых Северным Вьетнамом повстанцев (январь/февраль 1968 года), серьезно пошатнуло веру американской общественности в возможность победы во вьетнамской войне, в которой со стороны США участвовали 500 тыс. солдат. В мае 1968 года в Париже начались мирные переговоры, которые на начальном этапе продвигались очень медленно. Новый президент Никсон хоть и предусматривал массивное сокращение интервенционных войск и даже начал делать шаги в этом направлении, с другой стороны он расширял зону бомбардировок Камбоджи и Лаоса. В марте 1970 года король Камбоджи Сианук был свергнут военными, союзниками империалистов. Весь мир подозревал ЦРУ за этим переворотом, несмотря на то, что Вашингтон официально все отрицал. 1 мая 1970 года началась массированная американская бомбардировка территории Камбоджи, которая продлилась до июня 1970 года. Никсон тогда придерживался идеи «вьетнамизации» войны, концепт который периодически всплывает в виде «иракизации» или «афганизации», как только интервенционная политика США заходит в тупик. По сути это означало снижение прямого военного присутствия при одновременной поддержке местных лояльных сил. Никсон придерживался этой стратегии и после визита в Китай. В конце концов, именно Конгресс покончил с такой политикой путем отказа предоставить президенту финансовые средства для ее реализации. Демократы имели большинство в палате представителей и в сенате уже с ноябрьских выборов в 1968 года, за два года они только усилили свои позиции. Очевидным итогом, и пожалуй, главной целью демонстративного «сближения» США и Китая было, развитие возможностей для переговоров, которое было на пользу обеим сторонам. Это касалось в том числе и их отношений с СССР. В образовавшемся треугольнике сил Вашингтон занимал выгодную позицию, так как имел возможность взаимодействовать с обеими сторонами. Вражда же между СССР и Китаем, которая возникла в конце 50-х, и весной 1969 привела к серьезному военному конфликту, еще долгие годы была стабильной константой.

Антисоветская истерия

Пока Чжоу Эньлай вместе с Мао определяли внешнюю политику Китая, она основывалась в основном на материалистическом анализе противоречий и антиимпериалистической парадигме. В начале 1974 года Чжоу «исчез из поля зрения», как выразился Киссинджер в своей книге, и роль главного переговорщика с США досталась Дэн Сяопину. Была ли эта замена следствием раковой болезни премьер-министра или имела политические причины, до сих пор не ясно. Позднее, прежде всего после смерти Мао и Чжоу в 1976 году, китайское описание ситуации в мире развилось в истерическом направлении, которое не имело отношения к реальности. Пекин стал вместе с тогда формирующимися неоконсерваторами США, обителью учения, которое приписывало СССР все мыслимые «агрессивные амбиции», и пыталось убедить весь мир в этой пропаганде. Леонид Брежнев, генеральный секретарь КПСС с 1966 года стал «новым Гитлером». Любая западная политика, нацеленная на кооперацию с СССР, становилась политикой слабости, в то время как любой сторонник войны был удостоен китайской пропагандой пристального внимания и радушными комплиментами. Но это другая глава, которая тоже уже осталась в прошлом. Мы живем во время, когда, к счастью, Китай и Россия, судя по всему, находят и выражают общие интересы.

 

Перевод Андрея Шалая

Оригинал статьи опубликован в газете Junge Welt
 

 

01 Март 2012

Комментарии


Имя
Email
Комментарий




Новости
19.07.2019 Профсоюзы Франции призывают к протестам против пенсионной реформы
19.07.2019 Европарламент озабочен отказом в регистрации оппозиционных кандидатов на выборах в Мосгордуму
19.07.2019 Зеленский сожалеет, что в Раду не пройдет много партий из-за высокого барьера
18.07.2019 СПЧ предложил научиться жить по действующей Конституции, а "не менять учебник"
18.07.2019 Мосгоризбирком отказал в регистрации на выборы 57 кандидатам
18.07.2019 Президент Украины внес в парламент проект о наказании за незаконное обогащение

Опрос
СЧИТАЕТЕ ЛИ ВЫ, ЧТО СЕСТРЫ ХАЧАТУРЯН ДОЛЖНЫ БЫТЬ ОПРАВДАНЫ?





Результаты прошедших опросов

2008-2019 © Журнал "СОЦИАЛИСТ". Вестник института "СПРАВЕДЛИВЫЙ МИР"