http://www.socialistinfo.ru/apriori/8737.html

ЕВРОАТЛАНТИЧЕСКАЯ СОЛИДАРНОСТЬ ПОСЛЕ ТРАМПА

Вполне ожидавшийся результат голосования коллегии выборщиков в США 14 декабря 2020 г. поставил окончательную точку в периоде поствыборных потрясений, вызванных попытками команды Д. Трампа оспорить своё поражение. Всё это продемонстрировало весьма глубокий раскол в американском обществе, уходящий корнями главным образом в проблемы расовых и этно-религиозных отношений. Иными словами, Трамп проиграл в основном по внутриполитическим причинам. Проводившаяся же им внешняя политика вызывала достаточно острую критику разве что в стане его политических оппонентов из Демократической партии. Но при этом в американском политикуме и социуме она воспринималась в спектре мнений от нейтрального до положительного: по-видимому, главный лозунг избирательной кампании и президентства Трампа – «Америка прежде всего» – находил понимание у немалой части американцев. Беспрецедентно острая критика внешней политики Трампа раздавалась по большей части со стороны ближайших союзников и партнёров США – представителей истеблишмента стран – членов Евросоюза. В данной статье будут рассмотрены основные параметры неизбежного сближения двух берегов Атлантики при администрации Джозефа Байдена, прежде всего, в сфере внешнеполитической деятельности.


Внешнеполитическое наследие Трампа: взгляд из Вашингтона

Повышенное раздражение европейских союзников США в первую очередь вызывала ставка команды Трампа на односторонность, выражавшуюся в выходе страны – лидера Западного мира из большинства заключённых трансатлантистами международных соглашений.

Так, чувствительным для американских союзников стало прекращение участия США в Рамочной конвенции ООН об изменении климата (Парижское соглашение) и Совместном Всеобъемлющем Плане Действий (СВПД) по урегулированию ядерной проблемы Ирана. Оба этих документа администрация Барака Обамы подписала в 2015 г. и показательно относила к своему внешнеполитическому успеху. Не удивительно, что сторонники демократовреагировали на шаги Трампа весьма остро. В то же время, заметим, отказ Трампа от продления ряда действовавших до сих пор договóров с Россией в области стратегической стабильности не вызывал столь же негативной реакции в политическом истеблишменте ЕС.

В отличие от Европы в самих Соединённых Штатах выход администрации Трампа из договорённостей по климату и Ирану спровоцировал неоднозначную и противоречивую реакцию, поскольку эти сюжеты стали предметом межпартийной борьбы республиканцев и демократов. Но они в шкале приоритетов большинства американцев располагались далеко от верхних позиций, к которым в ходе опросов люди относили проблемы экономики, здравоохранения, пандемии и т.д. При этом климатическая повестка считается первостепенной среди порядка двух третей демократов и только у одной трети сторонников республиканцев.

Отсюда обещания Байдена вернуть США в Парижское соглашение по климату. Иные реакции вызывает выход администрации Трампа из СВПД. Хотя Байден и заявлял о намерении вернуть страну в этот формат международных договорённостей, он будет вынужден считаться с устойчиво негативным отношением к Ирану в США как среди сторонников республиканцев (82-85%), так и сторонников демократов (70-73%) в период с 2009 по 2020 гг.

 Особо беспокоило европейцев критическое отношение Трампа к НАТО как главной организации, призванной обеспечивать оборону и безопасность стран Евро-Атлантики. Некоторые политики в ЕС всерьёз опасались косвенных угроз 45-го президента вывести США из Североатлантического альянса.

 Между тем эти угрозы Трампа в немалой степени коррелировались с преобладавшими особенно в 2015–2016 гг. пессимистическими настроениями в американском обществе касательно НАТО (немалая часть опрошенных американцев считали, что НАТО более полезно другим странам-членам, а не США).

Напомним, что ещё до Трампа вопрос об увеличении финансовых взносов стран-членов до 2% ВВП поставил Б. Обама, который, подчеркнём, был далёк от мысли покинуть альянс. Как бы то ни было, но критическое отношение к нынешнему состоянию дел в НАТО демонстрируют представители руководства обеих партий в США. Вместе с тем последние замеры общественного мнения там показывают преобладание положительных оценок НАТО.

 Подход к взаимодействию с Китаем оставался «яблоком раздора» между США и ЕС на протяжении первых трёх лет президентства Трампа. Тот факт, что американский президент бросил вызов глобальным (но прежде всего – экономическим) амбициям Китая, в Европе воспринимался скорее негативно. В ЕС преобладала традиционная точка зрения о том, что лучший способ ведения дел с Пекином – тесное сотрудничество западного сообщества с ним в
сфере экономики. На этом фоне отношение американцев к Китаю ухудшалось достаточно быстрыми темпами: если в 2018 г. 47% опрошенных граждан США негативно относились к Поднебесной, то в 2020 г. – уже 73%

В этом значительную роль сыграла критика американскими СМИ поведения Пекина в условиях пандемии. Среди сторонников республиканцев росло негативное отношение к Китаю (83% в 2020г.), подобная же динамика наблюдалась и среди демократов (68% в 2020 г.).

Не удивительно, что Дж. Байден так же, как и Трамп, придерживается весьма критической позиции в отношении Пекина, но в отличие от 45-го президента прежде всего акцентирует правозащитную проблематику. По мнению компетентных аналитиков, китайское руководство даже больше озабочено грядущим президентством Байдена, чем это было при Трампе. Дело в том, что в отличие от Трампа, придерживавшегося тактики двусторонних контактов на высшем уровне в «бизнес-стиле», Байден, судя по всему, намерен задействовать весь арсенал скоординированного – многостороннего – давления стран Евро-Атлантики на Китай.

Касательно отношения к «Северному потоку-2» (СП-2): хотя он в последние месяцы не находился в центре внимания американских СМИ, политическая среда Вашингтона сохраняет к нему повышенное внимание. В этом вопросе следует констатировать совпадение позиций республиканцев и демократов. Д. Байден неоднократно подтверждал своё негативное отношение к данному проекту, выдвигая альтернативные варианты, которые, в отличие от предложений Трампа, не завязаны полностью на поставки СПГ из США.

В целом, суммируя оценки внешнеполитического наследства Д. Трампа, важно отметить два следующих полярных параметра: однозначно негативная характеристика – предельное падение престижа и рейтинга США в мире за последние четыре года (особенно среди американских союзников и партнёров)|; однозначно положительная характеристика – содействие заключению мирных соглашений между Израилем и арабскими монархиями Персидского залива (ОАЭ, Бахрейн). Не удивительно, что ряд серьёзных аналитиков и определённая группаполитиков в ЕС придерживаются мнения, что сколь бы ни были вызывающими и разрушительными линия и манера поведения Трампа на мировой арене, она, по сути, не является отклонением от преобладающего в Вашингтоне внешнеполитического мейнстрима.Другое дело, что личностные особенности самого Трампа придавали его политике в отношении ЕС эмоциональный окрас, который многими воспринимался как некий «флер враждебности».

США – Евросоюз: к преодолению разногласий

Уже 7 ноября, когда в США ещё не был завершён подсчёт голосов, на сайте Еврокомиссии было опубликовано официальное поздравление Д. Байдена с победой. Уместно привести следующий абзац из этого текста: «Европейский cоюз и Соединённые Штаты – друзья и союзники. Наших граждан объединяют глубокие связи. Вместе мы построили беспрецедентное трансатлантическое партнёрство, которое уходит корнями в общую историю и ценности демократии, свободы, прав человека, социальной справедливости и открытой экономики. Это партнёрство на десятилетия стало фундаментом международного порядка, основанного на либеральных нормах. Оно остаётся гарантом стабильности, безопасности и процветания по обе стороны Атлантики».

Фигура Дональда Трампа, несомненно, воспринималась в Брюсселе как ключевая помеха для нормализации отношений между союзниками. Не удивительно, что в политологической среде распространяется мнение о том, что сам факт смены Трампа Байденом уже окажет оздоравливающее воздействие на эти отношения. По словам американского аналитика Э.Браттберга, «принимая во внимание гигантское разочарование европейцев в Трампе, новой администрации Байдена даже не придётся особо напрягаться, чтобы заслужить благожелательное отношение Старого Света».

И всё же ситуация остаётся более сложной: в истории трансатлантических отношений беспрецедентный фенóмен Трампа оставил достаточно глубокий след, который политическим элитам будет не просто преодолеть. Знаменитый американский политолог и философ Джозеф Най считает, что политики в США, включая Байдена, «наверняка столкнутся с опасениями и подозрениями европейцев, мол, не изберут ли американцы ещё одного Трампа в 2024 или 2028 годах. Союзников озадачивают поляризация политических сил в Вашингтоне, отказ Трампа признать поражение, а также неготовность конгрессменов-республиканцев осудить такое поведение президента".

Команда Байдена намерена преодолеть такого рода эмоционально-имиджевые преграды в отношениях с европейцами. Основной фокус своей политики она концентрирует на общении с лидерами стран – моторов европейской интеграции – Германии и Франции (Трамп, напомним, подчёркивал свои симпатии к руководству стран Восточной и Центральной Европы). Прежде всего, с канцлером ФРГ Ангелой Меркель – с учётом традиционно более тесного взаимодействия Вашингтона с Берлином, чем с другими членами ЕС. Можно ожидать, что одной из первостепенных задач администрации Байдена будет восстановление прежнего уровня доверия между США и ФРГ, изрядно подорванного подходом Трампа и к вопросам европейской безопасности, НАТО, и к проекту СП-2. Для кардинально важного диалога остаётся не много времени, поскольку в наступающем году А. Меркель, имеющая репутацию «атлантистки», уходит со своего поста.

Вопрос сегодня в том, каким будет содержание этого диалога: в Берлине, как и в ЕС в целом, прекрасно понимают, что даже при Байдене возвращение к «добрым старым временам» в трансатлантических отношениях невозможно.

Сознают также в ЕС, что формула компромисса, скорее всего, будет вырабатываться за счёт «уступок» европейцев. Так, например, в вопросах военно-стратегического сотрудничества Байден заметно ближе к полному взаимопониманию с Меркель, чем с французским президентом Э. Макроном. Поясним: если германский канцлер считает недопустимым любое ослабление связей с США в рамках НАТО, полагая, что европейский проект «стратегической автономии» призван дополнять связи с США, то французский лидер склонен полагать, что со временем она может стать самодостаточной и, по сути, реальной альтернативой «опоры на США». Показательны в этом плане оценки Берлином ситуации в Восточном Средиземноморье, где США «резко ослабили своё присутствие», что якобы и стало одной из причин, подтолкнувших турецкого лидера Р.Т. Эрдогана к экспансионистским действиям в отношении экономических зон Греции и Кипра осенью 2020 г. Как бы то ни было, но попытки Макрона стать посредником в возникшем конфликте между членами НАТО не увенчались особым успехом. Весьма важна, по мнению Берлина, роль США и для взаимоотношений ЕС с Турцией. Однако не вызывает сомнений, что Байден будет так же, как и его предшественник, настаивать, чтобы «ЕС брал на себя больше обязательств» в сфере военно-стратегического взаимодействия.

Кроме того, Байдену импонирует «более решительный», чем у Макрона, подход Меркель к ситуации на востоке Украины, которой, следует ожидать, его администрация будет уделять больше внимания. Вместе с тем пока во многом полярными остаются позиции нового главы Белого дома и Меркель по вопросу СП-2. «Федеральное правительство не изменит своего отношения к “Северному потоку-2”, – заявил глава МИД ФРГ Хайко Маас. – О европейском суверенитете не придётся говорить, если под этим понимать, что мы в дальнейшем будем делать всё только так, как этого хочет Вашингтон».

 Но главной проблемой, на решение которой, судя по всему, будет направлена стратегия Байдена в Европе, станет его попытка добиться от союзников более активного противодействия политике Китая, в частности, максимально препятствовать проникновению Китая в сферу экономики и финансов ЕС. И в этом плане давление Вашингтона на Брюссель сохранится.

Но в отличие от администрации Трампа, которая в отношениях с Пекином концентрировалась на вопросах экономики, торговли и военной сферы, команда Байдена намерена добиться большего понимания и содействия со стороны ЕС, выдвигая Китаю претензии прежде всего в области прав человека. Европейцы же, разделяя этот подход Байдена, тем не менее, хотели бы установить с Пекином более прагматичные отношения: так, до конца 2020 г. ожидается подписание масштабного соглашения между ЕС и Китаем в сфере инвестиций Брюсселя на данный момент, похоже, выглядит так: публичная критика положения с правами человека в Поднебесной и отдельных аспектов её внешней политики (в частности, в странах Европы в период коронакризиса), с одной стороны, и готовность к взаимодействию в сфере экономики и финансов практически по той же схеме, что опробована в последнее время между США и Китаем, с другой.

В «иранском вопросе» Байден намерен переходить от трамповского «максимального давления» на Тегеран к ставке на стратегию переговоров, что в целом соответствует согласованной в рамках ЕС позиции. Да и отношение к конфликтным ситуациям на Ближнем Востоке, обозначенное командой 46-го президента, вряд ли будет заметно расходиться с курсом Евросоюза.

 Многие аспекты политики Д. Трампа в отношении Евросоюза основательно поколебали трансатлантическое партнёрство. Приветствуя смену главы Белого дома, политический истеблишмент стран ЕС признаёт важнейшей задачей восстановление максимально возможного взаимопонимания с США.

 Вместе с тем в странах Евросоюза сознают, что полное возвращение к состоянию отношений между двумя берегами Атлантики в период «до Трампа» нереалистично: за последние годы сформировалась новая атмосфера, созданы новые институты в ЕС, отчасти призванные противодействовать давлению Вашингтона (по проблеме Ирана, СП-2 и т.д.). Да и отправлять в историю «трампизм» ещё рано. Трансатлантическое партнёрство будет возрождаться в формате большего равноправия как на политическом уровне, так и в том, что касается материального и финансового вклада участвующих в нём стран. При этом администрация Байдена, следует ожидать, будет выстраивать обновлённое партнёрство в контексте противостояния стран Евро-Атлантики Китаю и России.

 

18 Февраль 2021



2008-2019 © Журнал "СОЦИАЛИСТ". Вестник института "СПРАВЕДЛИВЫЙ МИР"