http://www.socialistinfo.ru/apriori/7400.html

СВЕТСКИЕ ВЫБОРЫ НА КОНФЕССИОНАЛЬНОЙ ОСНОВЕ
ДМИТРИЙ ГАЛКИН
редактор отдела политики, политический аналитик

16 декабря, на следующий день после объединительного собора, на котором была провозглашена Поместная церковь Украины, президент провел пресс-конференцию, на которой без ложной скромности поведал о собственных достижениях в области экономики и международной политики. Но главным своим успехом Порошенко считает появление новой церкви.
 Это событие, как сообщил глава украинского государства, имеет историческое значение, выходящее далеко за рамки межконфессиональных отношений. Украина «окончательно рассталась со своим колониальным прошлым». И теперь сможет объединиться для борьбы с «российской агрессией», что, как можно было заключить из слов президента, составляет главную цель внешней и внутренней политики.
 Могло даже показаться, что президент несколько переборщил с созданием нужного ему настроения. Начало пресс-конференции задержалось, поскольку, как сразу же разъяснил Петр Алексеевич, его телефонная беседа с Константинопольским патриархом продолжалась дольше запланированного. Подобная сцена, на первый взгляд, показалась слишком искусственной и явно постановочной, а потому создающей препятствия даже для имитации откровенного разговора с представителями медиа. Но вскоре выяснилось, что президент и не собирается разговаривать с медиа.
 Порошенко использовал пресс-конференцию не для того, чтобы вести диалог со СМИ, а дабы дать три сигнала, предназначенные прежде всего носителям административного ресурса.
 Формат пресс-конференции, судя по всему, понадобился исключительно для того, чтобы показать: глава государства, сумевший исполнить «вековую мечту» украинского народа о национальной церкви, уже вошел в число выдающихся исторических деятелей, а потому рассматривает свое переизбрание как дело само собой разумеющееся.
 Поэтому Порошенко практически не уделил внимания предстоящей избирательной кампании и не стал отвечать на критику со стороны Тимошенко в адрес действующей власти. Хотя, казалось бы, сам формат торжественной пресс-конференции в период предвыборной борьбы предполагает нечто подобное. Но украинский лидер явно не рассматривал свое телеобщение с прессой с точки зрения борьбы за голоса избирателей или отражения выпадов своей основной соперницы. У него были иные задачи.
 Порошенко обращался в первую очередь к наиболее важной для него аудитории — региональной и силовой бюрократии. Если эти люди решат, что действующая власть обречена на поражение в избирательной кампании, то Порошенко гарантированно ее проиграет. Конечно, позиция бюрократии не имела бы столь большого значения, если бы президент обладал широкой общественной поддержкой. Но трудно даже представить, что бы мог сделать Порошенко, дабы за оставшееся время завоевать популярность. Правда, он и не пытается этого сделать, поскольку явно полагается не столько на собственный успех, сколько на неудачу Тимошенко.
 Главный информационный сигнал, с которым президент обратился к носителям админресурса, как раз и заключался в разъяснении исторической важности образования новой церкви. Этот шаг, как без всякого стеснения объявил сам Порошенко, можно сравнить только с Актом провозглашения украинской независимости.
 В соответствии с известной поговоркой возникает вопрос: «Где наводнение и где имение?»
 При чем здесь акт, провозглашающий образование нового суверенного государства, являющегося субъектом международного права и берущего на себя ответственность за управление определенной территорией, и создание церкви, которое должно представлять интерес исключительно для православных верующих!
 Вполне возможно, что многие украинские православные были недовольны ранее предпринимаемыми попытками Кремля использовать влияние канонической УПЦ в украинском обществе в собственных политических целях. Можно представить, что их могло бы обрадовать появление в стране признанной другими конфессиями православной церкви, которая не участвует в политических играх.
 Однако Порошенко ясно дал понять, что образование конфессии, которая не смешивает религиозные обряды с политической деятельностью, не входит в его планы. Новая церковь рассматривается им как структура, призванная активно участвовать в борьбе за «деколонизацию и деоккупацию Украины». Появление этой церкви, как заявил глава государства, является не «церковным вопросом», а шагом, необходимым для обеспечения национальной безопасности и продолжения государственного строительства.
 Президент же является главным борцом с российской агрессией, гарантом национальной безопасности и выдающимся строителем государства, резко усилившим международную роль Украины. Именно в этом заключался второй важнейший информационный сигнал, адресованный носителям админресурса.
 Из этого тезиса следуют два вывода, которые Петр Алексеевич подробно разъяснил в ответах на вопросы журналистов, иногда для этого существенно отклоняясь от темы. Во-первых, становится естественным и даже неизбежным союз новой церкви с государственной властью. Во-вторых, лидеры западного сообщества целиком и полностью поддерживают действующего украинского президента, обсуждают с ним способы борьбы с Россией и видят в нем своего надежного союзника.
 Тем самым Порошенко, по сути дела, сказал следующее. Православная церковь Украины становится главным инструментом мобилизации сторонников действующей власти, и ее представители должны оказывать церкви содействие и использовать ее возможности.
 При этом Порошенко на собственном примере продемонстрировал, насколько пренебрежительно он относится к нормам политической демократии, четко отделяющим деятельность властных структур и религиозных конфессий. Глава государства открыто участвовал в подготовке и деятельности объединительного собора, оповещал о своем намерении сопровождать главу ПЦУ в поездке за томосом об автокефалии к Константинопольскому патриарху, провозгласил само образование новой церкви средством борьбы с враждебным российским влиянием.
 В демократическом светском государстве подобное поведение главы государства представляется совершенно невозможным. Но Порошенко и не собирается представать в качестве светского демократического лидера. Он создает образ правителя, возглавляющего тяжелую борьбу за государственную независимость, опираясь на поддержку национальной церкви и силовых структур, и соблюдающего демократические нормы только в том случае, если они не мешают борьбе с сильным и коварным врагом.
 Открытая поддержка Петром Порошенко определенной конфессии, которой вопреки Конституции фактически придается статус государственной церкви, и явное стремление использовать ее влияние в политических целях должны продемонстрировать, что глава государства не желает считаться с нормами политической демократии. И этого ожидает от своих подчиненных.
 Безусловно, предыдущие украинские президенты также пытались договориться с той или иной православной конфессией (а иногда и со всеми сразу) о взаимной поддержке. Виктор Ющенко, как известно, довольно успешно сотрудничал также с греко-католической церковью (и потерпел сокрушительное поражение уже в первом туре выборов).  Но такого рода взаимодействие между властью и религиозными конфессиями никогда столь откровенно и навязчиво не демонстрировалось широкой общественности. Так что в этом отношении Порошенко — без всякого преувеличения — открыл новую страницу украинской истории.
 Еще один важнейший информационный сигнал пресс-конференции сводится к демонстрации активной роли Украины в борьбе с российской экспансией, которая ведется западным сообществом.
 «Украина активно ведет роботу по формированию пакета санкций, связанных с актом агрессии в Азово-Черноморском бассейне», — сообщил Порошенко, добавив, что «первые санкции уже приняты» Литовской Республикой. При этом президент пообещал, что Евросоюз не станет тянуть с принятием антироссийских мер.
 Однако несмотря на то что Украина, как неоднократно подчеркивал Петр Алексеевич, пользуется безусловной поддержкой своих западных союзников, борьба с российской угрозой требует от украинского общества внутреннего единства и заставляет готовиться к отражению военной агрессии.
 Уже во вступительном слове президент при помощи цифр попытался продемонстрировать, что опасность российского вторжения является совершенно реальной.
 Как указал глава государства, на границе с Украиной российское руководство сосредоточило 300 танков, 80-тысячную военную группировку (неясно только, это с указанными ранее танками или отдельно), а также резко увеличило число артиллерии (также неясно — это произошло в рамках развернутой группировки или сверх того).
 Несомненно, это значительные силы. Но их явно недостаточно для масштабного вторжения. Кроме того, непонятно, зачем Владимиру Путину могло бы понадобиться такое вторжение в нынешней внутриполитической ситуации и в крайне неблагоприятных международных условиях. Военная операция, направленная на установление российского контроля над юго-восточными регионами Украины, могла принести российскому лидеру несомненные внутриполитические дивиденды в 2014 г. Но благоприятный момент для подобных действий полностью и бесповоротно упущен российской стороной. Теперь вторжение в Украину может закончиться для российской власти всплеском внутреннего недовольства и внешнеполитической катастрофой.
 Однако российское военные, представляющие социально-политическую ситуацию в Украине ничуть не лучше, чем администрация украинского президента знает российскую, опасаются, что Порошенко может попытаться силой уничтожить т. н. «народные республики», чтобы увеличить свою популярность и обеспечить переизбрание на пост президента.
 Поэтому они готовятся отражать «украинскую агрессию против «ЛНР» и «ДНР», и те силы, о которых упомянул Порошенко, по всей видимости, призваны остановить наступление украинских частей.
 Но как бы то ни было, усиление напряженности, несомненно, играет на руку Порошенко, поскольку помогает ему обосновать необходимость введения военного положения в десяти юго-восточных регионах. Как сообщил спикер ВР, в юго-восточных регионах не удастся провести выборы местного самоуправления, запланированные на 23 декабря.  Соответственно — админресурс в них останется под контролем политических сил, которые в той или иной степени ориентируются на администрацию президента. Разумеется, это не поможет главе государства получить там сколько-нибудь высокий результат. Но для него важнее всего, чтобы успеха в этих регионах не добилась Юлия Тимошенко, которая, если сумеет получить поддержку избирателей юго-востока, становится практически непобедимой.
Кстати, помимо админресурса, появилось еще одно препятствие для проведения Тимошенко успешной избирательной кампании на юго-востоке. Она вынуждена была поддержать создание ПЦУ, чтобы избежать обвинений в ориентации на Россию и не потерять своих традиционных избирателей в центре страны.
 Так что Порошенко явно сделал правильную ставку, превратив появление новой конфессии в центральное событие своей президентской кампании.
 Первая в украинской истории президентская кампания, в которой доминирует религиозная тематика, вполне может оказаться успешной. Разумеется, дело не в том, что новая конфессия может стать основой для общественного объединения. В светском государстве это, как представляется, принципиально невозможно. Но ее появление может усилить общественные разногласия до уровня, позволяющего действующему президенту рассчитывать на переизбрание. 

27 Декабрь 2018



2008-2009 © Журнал "СОЦИАЛИСТ". Вестник института "СПРАВЕДЛИВЫЙ МИР"