все поля обязательны для заполнения!


 
МАРКСИСТСКОЕ И ЛИБЕРАЛЬНОЕ ПОНИМАНИЕ ОКТЯБРЯ
ВЛАДИМИР ШЕВЧЕНКО
доктор философских наук, главный научный сотрудник Института философии РАН

Изложение содержания научных дискуссий и идеологической борьбы в отношении оценок Октябрьской революции и советского социализма в постсоветской общественной мысли представляет собой исключительно сложную задачу.
 Прежде всего это связано с огромной потребностью в переосмыслении, в новом, более глубоком понимании всемирно-исторического значения Октябрьской революции и советского социализма с высоты развития мировой истории XXI века. Необходима существенно новая философско-историческая концепция развития российского государства и всего мира, но которая прочно опиралась бы на основополагающие принципы классического марксизма. В настоящее время сложилась необычная ситуация. С одной стороны, модель однополярного глобального мира показала всю свою несостоятельность, а, с другой стороны, несомненные успехи Китая, идущего по социалистическому пути, со всей определенностью ставят вопрос уже не о том, имеет ли социализм будущее. Вопрос сегодня в том, каким может и должен быть социализм будущего, социализм XXI века.
 Можно с некоторой долей условности говорить о том, что спор между марксистами и либералами в сфере интерпретации российской истории, в том числе и XX века, был и отчасти продолжает оставаться научным спором. Однако он имеет весьма специфический характер, поскольку является, в первую очередь, спором не внутри одной науки, а между сторонниками двух наук, двух теорий – либеральной и марксистской.
 Ученые, которые стоят в идейном плане на прямо противоположных позициях, вряд ли могут рассчитывать на продуктивность научного диалога, и это мы видим по тем выводам, к которым приходят ученые того и другого направлений. Я уже не говорю про либеральную идеологию, которая и вовсе не склонна всерьез относиться к тому времени, которое, по мнению этих идеологов, навсегда ушло в прошлое.
 Российское общество устало от ожесточенной конфронтации, и согласие по базовым ценностям абсолютно необходимо сегодня для устойчивого и динамичного развития страны. Возможно, согласие и не будет пока достигнуто, но, по крайней мере, выраженное стремление к достижению взаимопонимания тоже важно.
 Примерно до конца 1987 года еще можно было говорить о некой единой точке зрения среди советских марксистов на Октябрьскую революцию.1 Доклад М.С. Горбачева «Октябрь и перестройка: революция продолжается», посвященный 70-летию Октябрьской революции, был написан, на первый взгляд, в традиционном марксистском ключе. Настораживало лишь сравнение перестройки с длительным процессом революционного обновления общества, имеющего свою логику и этапы. К тому же, это сравнение было подкреплено ссылкой на ленинские слова: «время революции есть время действия, действия и сверху, и снизу»2.
 Эта позиция Горбачева – революция продолжается – стала началом радикальных перемен в официальной позиции партии и генсека Горбачева относительно Октябрьской революции и советского социализма. Известно, что попытка проведения этого нового этапа социалистической революции закончилась поражением.
 В методологическом плане «дорожная карта» трансформации взглядов так называемых перестроечных сил была явно сформулирована уже после разгрома реального социализма и Советского Союза бывшим членом политбюро ЦК КПСС, секретарем ЦК КПСС (1985–1990) А.Н. Яковлевым. В предисловии к антисоветской работе группы французских авторов «Черная книга коммунизма» он писал: «Я много и въедливо изучал работы Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина, Мао и других «классиков» марксизма, основателей новой религии – религии ненависти, мести и атеизма. <…> Именно «классики» сделали меня убежденным антикоммунистом. <…>
 Давным-давно, более 40 лет назад, я понял, что марксизм-ленинизм – это не наука, а публицистика – людоедская и самоедская. Поскольку я жил и работал в высших «орбитах» режима, в том числе и на самой высшей – в Политбюро ЦК КПСС при Горбачеве, – я хорошо представлял, что все эти теории и планы – бред, а главное, на чем держался режим, – это номенклатурный аппарат, кадры, люди, деятели. Деятели были разные: толковые, глупые, просто дураки. Но все были циники. Все до одного, и я – в том числе. Прилюдно молились лжекумирам, ритуал был святостью, истинные убеждения – держали при себе.<…>
 После XX съезда в сверхузком кругу своих ближайших друзей и единомышленников мы часто обсуждали проблемы демократизации страны и общества. Избрали простой как кувалда, метод пропаганды «идей» позднего Ленина. <…> Группа истинных, а не мнимых реформаторов разработали (разумеется, устно) следующий план: авторитетом Ленина ударить по Сталину, по сталинизму. А затем, в случае успеха, Плехановым и социал-демократией бить по Ленину, либерализмом и «нравственным социализмом» – по революционаризму вообще. <…> Советский тоталитарный режим можно было разрушить только через гласность и тоталитарную дисциплину партии, прикрываясь при этом интересами совершенствования социализма. <…> Оглядываясь назад, могу с гордостью сказать, что хитроумная, но весьма простая тактика – механизмы тоталитаризма против системы тоталитаризма – сработала»3.
 Было ли это действительно так задумано или нет, установить трудно. Но фактически события так и происходили, с точки зрения смены акцентов и тех взглядов, которые навязывались перестроечному советскому обществу.
 В течение 1986–1991 гг. в общественном сознании складываются различные точки зрения в оценке Октябрьской революции и советского социализма. С началом перестройки марксизм-ленинизм перестает быть единой идеологией. В среде его сторонников возникают различные идейные течения, которые по мере развития перестроечных процессов начинают все больше вступать в противоборство друг с другом.
 Точка перелома во всех дискуссиях между различными идеологическими позициями – это конец перестройки. Если с 1986 г. по 1991 г. можно говорить об этих дискуссиях в границах весьма размытых, но все-таки партийной или марксистской идеологии, то после августа 1991 г., т.е. после провала перестройки, марксистско-ленинская идеология перестает быть не только официальной партийной, но и государственной идеологией. И в среде сторонников марксизма уже нет былого единства. Появляется все больше групп и отдельных ученых среди тех, кто по-прежнему считает себя марксистами.
 В рамках социал-демократического подхода первоначально сформировалась некая нормативная рамка, в границах которой протекало обсуждение вопросов Октябрьской революции и советского социализма. С одной стороны, это отказ признавать, что в стране был реальный социализм, а с другой стороны – признание Октябрьской революции, ее идеалов и целей и категорическое неприятие переворота, совершенного Сталиным в конце 20-х гг.
 В своей новой книге «Русская революция: Идеи, идеология, политическая практика» (М., 2015) И.К. Пантин развивает эту идею. Основная мысль автора состоит в том, что, с политической точки зрения переход власти в руки пролетарской партии в ходе Октябрьской революции означал кардинальное изменение социально-политического вектора развития. А с точки зрения социально-экономической, Октябрю предстояло довести до конца буржуазные преобразования. Довести не сразу, а в течение нескольких десятилетий. Социалистическое обновление в России, даже в той форме, в какой его представлял Ленин, объективно превращалось в один из способов перехода к современному обществу. Способ этот отличался от прежних буржуазных.
 Другими словами, тот путь, который прошла капитализм и буржуазия в Западной Европе, чтобы создать современное индустриальное общество, в России предстояло пройти по некапиталистическому пути. «Важно подчеркнуть, что избранный Россией (СССР) некапиталистический путь вовсе не являлся социалистическим в собственном смысле слова. Естественный ареал некапиталистического пути в нашей стране – «догоняющая» модернизация, создание условий, экономических, политических, культурных, для превращения страны в современное государство. Далее – пространство неизведанного, в котором многое придется решать заново или по-новому, либо попятное движение к частнособственническому капитализму, пусть и в современных его формах»4. Плодотворная мысль, но остановившаяся на полпути.
 В итоге по автору получается, что Октябрьская революция не оправдала тех надежд, которые на нее возлагались. Она оказалась не в состоянии создать заявленное Октябрьским переворотом 1917 года кардинально новое мироустройство, что в условиях экономической и культурной отсталости страны привело к формированию тоталитарного режима, более сильного, чем старая власть.
 Сложилась другая, более жесткая оценка деятельности большевиков и совершенной ими Октябрьской революции. Эта группа ученых, ориентированных на западный, так называемый, евромарксизм. Они признают Маркса, но не признают ленинизм и большевиков. (Типичная книга - «Маркс против СССР»)
 Эта позиция авторов, утверждающих, что только после того, когда Россия пройдет через стадию капиталистической модернизации, можно будет говорить о возможностях продвижения страны к социализму, может быть названа вполне евромарксистской, поскольку все критерии социализма жестко завязаны на уровень развития европейского, западного капитализма. А если учесть, что сегодняшние отечественные евромарксисты апеллируют к правовому, парламентскому пути перехода к социализму, который только и признает европейская социал-демократия, то Октябрьская революция, поэтому, изначально лишается всякой легитимности. Конкретность и уникальность исторических обстоятельств, при которых произошла Октябрьская революция, во внимание не принимаются, игнорируются.
 Европейский социализм – это посткапиталистический социализм. «Начинать движение к социализму, не создав в стране необходимых предпосылок, значит обречь революцию на поражение», – такая точка зрения в отношении Октября 1917 года звучит как приговор. Нужно построить зрелый развитой капитализм, а затем перейти к социализму. Сегодня транснациональный финансовый капитал стал самой могущественной властной силой в мире, так что возможности постепенного, эволюционного движения к социализму в социал-демократическом духе в западных странах кажутся сегодня просто нереальными. Что же касается этих групп авторов, которые по-прежнему считают себя марксистами, но дают предельные жесткие и негативные оценки Октябрьской революции и советскому социализму, то граница между ними и либеральными западниками становится нередко неуловимой.
 

 В предельно сжатом виде либеральная мысль придерживается следующей позиции на революцию 1917 года:

  • В 1917 г. свершилась единая Великая русская (российская) революция, в которой следует выделить два этапа – Февральская революция и Октябрьская революция (переворот). Именно Февральская революция является главным звеном Российской революции. Она есть вершина революции. Сегодня историческая мысль склоняется к тому, что нет оснований считать Октябрь 1917 г. закономерным этапом единой российской революции. Граница между Февралем и Октябрем не столь очевидна, как писали в советские времена. Для российского общества качественные изменения произошли после Февраля и до октябрьских событий, а не после прихода большевиков к власти. Именно Февраль стал символом возвращения России на общецивилизационный, общемировой путь развития, так как снял основное препятствие к этому – отсутствие демократических свобод.
  • Назначение Октябрьского переворота состояла в том, чтобы не допустить свободных выборов в Учредительное собрание, которое могло бы заложить основы легитимности нового государственного строя и тем самым – создать предпосылки для выхода из острого политического кризиса, вызванного войной и революцией, мирным путем, т. е. без Гражданской войны и террора. Все эти возможности были блокированы большевистским переворотом и последующим роспуском Учредительного собрания.
  • Разогнав Учредительное собрание, не передав власть от временного рабочее-крестьянского правительства законному правительству во главе с эсерами, которых поддержало большинство народа на выборах в Учредительное собрание, партия Ленина направило ход событий в русло Гражданской войны, и красного террора, и ГУЛАГа.
  • Октябрьская революция положила начало переходу страны от цивилизованного этапа развития к формационному, иначе говоря, к социалистическому этапу развития. Платформа большевиков, и этого нельзя отрицать, отражала определенные, пусть и тупиковые, достижения общественной мысли того времени.
  • Октябрьский переворот выражает нисходящую ветвь революционного процесса, он стал контрреволюцией, которая положила начало созданию тоталитарного государства. Большевистская диктатура уничтожила возможность движения в сторону демократии. Октябрь 1917 г., прежде всего, означал разрыв с Февралем в этом отношении.
  • Октябрь родил варварскую форму общественного прогресса, явился катастрофической формой модернизации России.

 

 Ни одно из приведенных утверждений не выдерживает серьезной научной критики. В методологическом плане либерализм стоит на позиции признания капитализма естественным состоянием человеческого общества, которое и ставит предел развитию истории, т.е. означает конец истории. Так оценил эту позицию К. Маркс в работе «Нищета философии» задолго до американского политолога Ф. Фукуямы.

 

В результате больших успехов социалистического Китая в центр внимания марксистской теоретической мысли все больше выдвигается в последнее время проблематика некапиталистического пути развития, осмысление его как магистрального пути созидания в незападных государствах современного социалистического общества – социализма XXI века. Трактовка подлинного настоящего социализма только как посткапиталистического социализма поставлена китайским опытом, по моему глубокому убеждению, под сомнение.
 В чем состоит самый важный вывод, к которому приводит анализ китайского опыта? Речь может идти об успешном практическом решении трех задач, которое нашло свое отражение в прагматистской идеологии социалистического Китая.

 Во-первых, речь идет об осмыслении преодоления отрыва от исторической традиции, в полноте возвращения к ней. Социализм в каждой стране по мере его становления должен обретать свои все более прочные исторические корни.
 Во-вторых, о пересмотре отношения не только к историческому прошлому, но и к западному капитализму, прежде всего, к финансово-банковской системе и к рыночным механизмам экономики. это привело к значительному повышению жизненной активности всего китайского общества к переводу социализма на рельсы цивилизационного социализма, который сделал огромный рывок вперед.
 Наконец, в-третьих, это пересмотр отношения к повседневной жизни людей, когда значимые изменения в конкретной жизни придают уверенность в достижении величественных целей будущего.
 Все эти три составляющие создают в обществе сложную мозаику обычаев и привычек, ценностей и целей, личных и групповых идеалов. но чтобы не потерять правильное направление движения в этом разнообразии, далекого пока от органического соединения и единства, нужен идеологический компас, который может выработать применительно к Китаю только компартия.
 Современный социалистический Китай дает практический пример того, как нужно успешно решать в комплексе эту триединую задачу. На ее основе была создана эффективная прагматистская идеология, суть которой еще предстоит осмыслить во всей его глубине и исторической значимости.
 Социалистическая идеология смогла связать в единое целое решение трех важнейших взаимосвязанных между собой вопросов – вопроса об отношении к исторической традиции, вопроса об отношении к достижениям современного капитализма и вопроса о роли повседневной жизни граждан в строительстве социализма. Идеология соединила воедино историческую традицию и цели научного социализма, наполнила повседневную традиционную жизнь китайских граждан социалистическими ценностями и целями, определила важность и вместе с тем ограниченность капиталистических ценностей и смыслов в индивидуальной и групповой жизни граждан страны.
 Конечно, здесь еще нет прочного органического единства. И потому критики Китая, противопоставляя отдельные аспекты идеологии друг другу, начинают говорить либо о провале Китая в новое средневековье, либо о торжестве капитализма, либо о господстве ортодоксального марксизма.
 На основе анализа китайского опыта строительства социализма можно и нужно во многом по-новому оценить значение и смысл не только Великого Октября, но и советского социализма, в том числе и концепции развитого социализма. Историческое значение Октябрьской революции в интересующем нас аспекте состоит в том, что она открыла реальные возможности для развития незападных стран по некапиталистическому пути, ведущему к некапиталистическому социализму. Россия здесь была первой. Она совершает исторический рывок «в сторону», мимо капитализма, как формации, рывок, напоминающий обходной маневр наступающего войска.
 И последнее. Если в России утвердился капитализм в формационном смысле, тогда Октябрьская революция остались в прошлом. Но поскольку Россия не попала в «общество модерна», т. е. не перешла в своем развитии на этап развитого, западного капитализма ни сто лет назад, ни в современный период радикальных реформ, то ее путь, на наш взгляд, в стратегическом отношении, на перспективу, продолжает лежать мимо капитализма как общественного строя, как общественно-экономической формации.
 Если это так, тогда исторически возможным оказывается возвращение на социалистический путь, открытый перед нашей страной Октябрьской революцией 1917 года. Но для этого нужно в теоретическом плане переосмыслить пройденный нашей страной путь в XX веке с учетом современной ситуации в мире, когда наиболее мощные государства-цивилизации (Иран, Китай, Индия, Бразилия, в последнее время, Турция и Филиппины) возвращаются на свой национальный (цивилизационный) путь развития, прерванный эпохой колониального порабощения и полуколониальной зависимости. Сегодня идет грандиозный цивилизационный синтез в этих странах. И чем мощнее в них становятся тенденции перехода на свой самостоятельный путь развития, тем все более явственно вырисовывается всемирно-историческая значимость Октября 1917 года.

 

1 См. подробнее: Старцев В.И. История Октября в новейшей литературе // Коммунист. 1988. № 15; Котеленец Е.А. В.И. Ленин как предмет исторического исследования. Новейшая историография. М., 1999.
2 Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 11. С. 85.
3 Яковлев А. Н. Большевизм – социальная болезнь XX века. Вст. ст. // Куртуа С. и др. Чёрная книга коммунизма: преступления, террор, репрессии. М., 2001. С. 14–15.
4 Пантин И.К. Русская революция: Идеи, идеология, политическая практика. М., 2015. С. 289–290.
 

09 Июнь 2017

Комментарии
Н.Р.  |  10 Июнь 2017 в 01:26
Важно отметить, что октябрь 17-го не имел никакого отношения к российскому национальному (цивилизационному) пути развития. Большевики были изначально антинациональной и антитрадиционалистской силой, стремившейся к слому всех отечественных традиций. И то обстоятельство, что советский режим приходилось с самого начала поддерживать методами террора, доказывает его искусственность и неорганичность.
Сергей Бахматов  |  10 Июнь 2017 в 09:54

Неудача советского социализма, безусловно, связана не с предательством «элиты» и не с происками международного империализма, а с концептуальной несостоятельностью идеи социализма по Марксу. Просто строили не социализм и строили его не так, как надо. Создаётся впечатление, что у бывших строителей социализма в СССР и нынешних апологетов его нет понимания задачи прогрессивного преобразования общества, которая состоит не столько в том, чтобы отделить зло от добра, сколько в выборе таких средств преобразования, которые позволили бы перейти от первого ко второму, учитывая при этом природу человека и человеческого общества.
Если первое отвечает на вопрос «что делать», то второе на вопрос «как делать». Подавляющее большинство людей знает, хотя бы подсознательно, что хорошо, а что плохо, однако практически никто не знает, как воплотить в реальность то, что хорошо. Поэтому часть из них становится циниками, большая часть человечества (конформистов) невольно примыкают к ним, оставляя праведников в гордом одиночестве. Чтобы большая часть людей встала на сторону добра, надо не просто сказать им, что нужна экономика, а не хрематистика, народовластие, а не плутократия или партократия, справедливость, а не произвол, но и раскрыть во всех подробностях, что стоит за этими понятиями, как организовано, а самое главное, - каким образом перейти ко всему этому из нынешнего состояния общества.

Поскольку понятие социализма в данное время представляется неопределённым, то позволю себе дать новое определение, которое будет отличаться от прежних тем, что дано оно будет в самой общей и краткой форме. Недостатки такого определения я постараюсь компенсировать последующим описанием его содержания.

Социализм - это такое общественное устройство, в котором удачно разрешено противоречие между личностью и обществом путём установления гармонии между ними.

Такое противоречие всеобъемлюще, поскольку оно содержит в себе антагонистические противоречия во всех аспектах бытия личности и общества, а именно: экономика, политика и духовная сфера. Всеобъемлемость здесь означает, что это противоречие занимает центральное место в иерархии противоречий и не может быть снято без благополучного разрешения всех противоречий более низких уровней. Здесь надо отметить, что противоречия более низких уровней также взаимосвязаны и предполагают комплексный подход к их полному снятию.

Противоречия в экономической сфере

Основные противоречия в экономике так и не были разрешены Марксом и Лениным. Первое из них - это неудачное разрешение противоречия собственности (частная/общественная) в виде государственной собственности вместо собственности общенародной. Второе противоречие, касающееся системы управления (стихийный рынок / полностью централизованное планирование), вообще осталось без решения. Правильный синтез должен заключаться в планово-рыночной экономике на основе общенародной собственности на средства производства. Эти противоречия взаимосвязаны, так как при полностью централизованном планировании собственность на средства производства всегда будет государственной вследствие того, что при этом появляется посредник между производителем и потребителем благ, который (по выражению Ленина) становится государственно-капиталистической монополией.

Диалектический анализ первого противоречия показывает, что синтез в марксизме-ленинизме, в результате которого появилась государственная собственность на средства производства, крайне неудачен, поскольку он не вбирает в себя то новое из антитезиса (общественная), что необходимо для развития, а именно: отношение к собственности у представителей общества разное, поскольку представители государства получают преимущество во владении им. Правильный синтез будет заключаться в том, что частное (коллективное) владение распространяется исключительно на результаты труда, а средства производства должны находиться в общенародной собственности, то есть принадлежать всем членам общества на равных основаниях.

Анализ второго противоречия в экономике, которое является предметом бесконечных споров между сторонниками плана и так называемого свободного рынка, говорит нам о том, что формальная логика, утверждающая либо стихию рынка, либо полную заорганизованность экономики, - это проявление крайностей, которые приводят к неудовлетворительным результатам в общественном развитии. Наука об обществе насквозь проникнута диалектикой, согласно которой правильное управление экономикой должно заключаться в том, что рынок и план должны дать в качестве синтеза то, что обладает свойствами и того и другого. Взять надо то, что обеспечивает полноценное развитие.
Представлю свой вариант синтеза планово-рыночной экономики.

Потребности общества включают в себя постоянную и переменную составляющие.
Постоянная составляющая включает в себя поддержку и развитие инфраструктуры, образование, науку, медицину, культуру, оборонную промышленность и т. п. Заказчиком всего этого должно быть государство, которое составляет план обеспечения потребностей общества в этой части экономики, которая финансируется из бюджета. В постоянную составляющую потребностей общества входят также и товары, спрос на которые легко прогнозируется. Например, товары первой необходимости должны также производиться по плану, составленному государством. Планирование (выпуска и цен) в данном случае целесообразно, так как спрос на товары первой необходимости со стороны населения
неэластичен, что затрудняет правильное ценообразование на рынке. Однако государственное управление здесь имеет ограниченный характер. Предприятия получают возможность тонкой настройки своего выпуска, подстраиваясь под реальный спрос на свою продукцию, а также увеличивать доходы своих работников благодаря совершенствованию технологического процесса, что минимизирует издержки.

Переменная составляющая потребностей общества, планировать которую по вполне понятным причинам невозможно, обеспечивается рыночным сектором экономики. Эта часть экономики ответственна за появление нового, то есть развития. Однако и этот сектор экономики подвержен регулированию со стороны государства и общественных организаций. Например, нельзя запустить выпуск продукции, наносящей вред здоровью людей или природе. Наоборот поощряются энергосберегающие и экологически чистые технологии. Кроме этого государство помогает в организации новых производств социалистическим предпринимателям, предоставляя всю необходимую макроэкономическую информацию и поддерживая рынок в сбалансированном состоянии. Важно отметить, что все предприятия планово-рыночной экономики должны находиться в общенародной собственности, что означает организацию социалистического рынка труда и демократическое распределение доходов.

Финансирование новых проектов социалистического рыночного сектора производится из солидарного фонда развития социалистических предприятий. Солидарный фонд развития социалистических предприятий изначально может быть организован на средства, природа которых общенародная. Сейчас такие средства сосредотачиваются в фонде национального благосостояния (ФНБ) и резервном фонде. Средства эти вложены в экономики западных стран под маленькие проценты или эффективно разворовываются национальными госкорпорациями, находящимися в тесной связи с правительством.
По мере роста социалистического сектора производства солидарный фонд социалистических предприятий получает мощный дополнительный источник за счёт самофинансирования (отчисления социалистических предприятий), то есть он становится автономным по отношению к государству.
Для создания таких предприятий не требуется стартового капитала или кредиты, а требуется желание работать, правильно составленный проект и обязательство правильного использования средств производства.
Помощь рабочим коллективам в составлении проектов новых предприятий может оказываться как общественными организациями, так и самим фондом для чего в них должны быть предусмотрены соответствующие службы.
На предприятиях, созданных таким образом, организуется социалистический рынок труда, при котором периодически происходит демократическое перераспределение всех должностей, основанное на результатах деятельности каждого работника. На собраниях рабочего коллектива может корректироваться коллективный договор и штатное расписание. Руководство, избранное рабочим коллективом, не только организует производственную деятельность предприятия, но и обеспечивает полную прозрачность её для всех работников коллектива. Невыполнение или частичное выполнение последнего требования может стать причиной перевыборов руководства.
Предприятие избирает своего представителя в общественную организацию, которая создаётся кластером социалистических предприятий, объединённых одним родом деятельности. Эта общественная организация контролирует деятельность солидарного фонда социалистических предприятий.
В любой момент работник может покинуть предприятие, сменив род деятельности, и любой гражданин страны может на равных основаниях вступить в рабочий коллектив, подписав трудовой договор.
Экономика, организованная подобным образом, обеспечит не только быстрое развитие её, но экономическую свободу индивида, что является необходимой предпосылкой существования свободы как таковой.

Противоречия в политической сфере

Вместо синтеза народовластия из антитезисов (автократия / охлократия) у Маркса (у Ленина также) появляется этатизм, то есть государство становится не слугой народа, а его господином. У Ленина дело усугублялось ещё и тем, что государство у него сужается до понятия партии. Появляясь исключительно для того, чтобы обеспечить естественные права индивида, государство имеет все основания превратиться в фетиш, который эти права попирает. Подобно тому, как у войны есть своя логика, согласно которой, стоит ей попасть в свою «колею», и остановить её уже никто не сможет, так и доминированию государства в обществе нет альтернативы, коль скоро такие условия созданы. Поэтому соображения Маркса и Ленина о том, что после определённого этапа доминирования государство само по себе уйдёт в небытие, поскольку исчезнут объективные причины для его наличия, следует считать не иначе как измышлениями. Гораздо разумнее попытаться устроить политическую систему в обществе так, чтобы она не только ограничивала власть государства в обществе, но и делала его более качественным.

Свобода выражается в отсутствии доминирования кого-либо в чём-либо.
Управление становится доминированием в отсутствии контроля, во избежание чего, должны создаваться демократические процедуры, следовать которым становится необходимостью.

Всё положительное, что может быть извлечено из понятия демократии, связано с тем, чтобы власть посредством неё могла быть реализована на принципе меритократии. Если это не так, то нет никакой разницы в том, кто находится у власти. Меритократия означает не только компетенцию в делах управления обществом, но и духовный аспект субъекта управления, обеспечивающий развитие в общих интересах. При этом второе следует считать определяющим для меритократии, поскольку циник у власти принесёт тем больше вреда, чем выше его квалификация.
Меритократия легко осуществима в пределах малого сообщества, где все друг друга знают, что получило своё выражение в известном выражении античных времён: «демократия распространяется в пределах голоса глашатая». Однако что делать, если сообщество велико, а власть по необходимости выстраивается иерархично?

Есть только один способ организации власти в большом сообществе на принципе меритократии: выбор из уже выбранных представителей народа. Это означает, что периодический выбор представителей народа осуществляется сначала в общественные организации, из которых впоследствии выбираются управленцы на все уровни власти. Для устранения возможных ошибок служит демократическая процедура контроля и отзыва, осуществляемая общественными организациями. Процедура отзыва в случае необходимости может быть инициирована либо народом, либо общественными организациями.
Совершенно очевидно, что партийная система не может быть встроена в такую политическую систему, поскольку в партию вступают те, кто желает вступить в неё (часто для своих целей), а не избранники народа. По этой причине при партийной системе не может быть организована меритократия, а демократическая процедура выбора во власть является ширмой для её узурпации.



Противоречие в духовной сфере: вместо синтеза христианской справедливости из антитезисов (произвола / уравниловки) у Маркса появляется волюнтаризм как следствие этатизма.
Согласно Аристотелю, уравнительная справедливость даёт характеристику отношениям равноправных людей по поводу предметов: «равным - за равное». Она квалифицирует не самих людей, а их действия, и требует равенства (эквивалентности) труда и оплаты, ценности вещи и её цены, вреда и его возмещения и т.д.
Распределительная справедливость (согласно тому же Аристотелю) требует пропорциональности в отношении к людям согласно тому или иному критерию «равное - равным, неравное - неравным», «каждому своё». Отношения распределительной справедливости требуют участия, по меньшей мере, трех людей, каждый из которых действует для достижения одной цели в рамках организованного сообщества. Один из этих людей, распределяющий, является «начальником».

Однако такое определение распределительной справедливости нельзя считать вполне адекватным, поскольку в нём нет правила, согласно которому можно было бы определить, кого считать равным, а кого неравным и в какой степени. Ведь начальник всего лишь человек, а людям свойственно заблуждаться, как правило, в свою пользу. Очевидно, что Аристотель не мог окончательно решить проблему справедливости, так как он не имел понятия о рынке труда, который исключает субъективное решение начальника. При нём решение относительно работника принимает не начальник, а рабочий коллектив, делая такое решение наиболее объективным. Подобно тому, как нельзя определить потребительную стоимость какого-либо товара, не выйдя с ним на рынок, нельзя без организации рынка труда определить достоинства каждого работника, а также стоимость его труда.
Справедливости ради, надо отметить, что до сих пор мало кто имеет понятие о полноценном рынке труда, поскольку он возможен лишь в условиях общенародной собственности на средства производства и при реализации народовластия в политической системе общества. Что касается капиталистического рынка труда, то он сильно искажён разным отношением участников экономической деятельности к средствам производства.

Чтобы понятие справедливости в масштабах всего общества стало определённым, нужно сначала определиться с тем, что означает ценность благ, создаваемых человечеством, как она соотносится со стоимостью и проявляется в цене. Стоимость какого-либо товара определяется двумя факторами: с одной стороны, усредненными общественно необходимыми трудовыми затратами, которые необходимы для производства и реализации на рынке (меновая стоимость), с другой стороны, соотношением спроса и предложения товара на рынке (потребительной стоимостью). Первое и второе образуют диалектическое единство, синтезом которого является стоимость как таковая. Рассмотрим это диалектическое единство на примере золота. Если бы золото не обладало ценностью для человечества, как средство накопления богатств, как драгоценный металл, используемый для ювелирных изделий; а также в технике, благодаря антикоррозийным свойствам, то есть не обладало бы потребительной стоимостью, то добычи его не было, и меновая стоимость равнялась бы нулю. С другой стороны, если бы золото было повсюду, то есть трудовые затраты на его добычу приближались к нулю (меновая стоимость), то близкой к нулю будет и потребительная стоимость, так как оно не может служить для накопления богатств и материалом для ювелирных изделий.
Возможен ли такой случай, когда меновая и потребительная стоимости товаров, выраженные в ценах на рынке, будут совпадать? Возможен, но при двух условиях: во-первых, в обществе реализован принцип «каждому по труду», то есть справедливое распределение доходов между всеми членами общества, во-вторых, денежная масса в обращении находится в точном соответствии с суммарной стоимостью всех товаров, выраженной в их ценах, а также при поддержании такого соответствия во времени (отсутствие инфляции). В таких условиях спрос и платёжеспособный спрос совпадают, и при сбалансированном рынке равновесные цены будут отражать как меновую, так и потребительную стоимость. Из этого видно, что это возможно только при социализме, так как капитализм неизбежно связан с нетрудовыми доходами отдельных лиц и с инфляцией, что приводит к перекосу в ценообразовании. Наглядным примером этому служат так называемые товары Веблена, то есть цены на предметы роскоши и престижа, которые могут превышать в десятки раз их себестоимость.

Как организовать справедливое распределение доходов в обществе? Справедливость распределения в обществе имеет два аспекта.
Первый аспект - это цена товара, по которой он реализуется на рынке. Справедливость в этом случае определяется качеством рынка и его организацией. В условиях здоровой конкуренции без монополий и ценовых заговоров, качество рынка наивысшее, если рынок сбалансирован, то есть спрос и предложение уравниваются, а цены стабилизируются. Здесь надо отметить, что объективная оценка спроса на товары и услуги со стороны населения будет иметь место в том случае, когда реклама замещается информированием. При этом информация о товарах, услугах и ценах на них должна находиться на специальном информационном портале. Если у кого-то возникла реальная потребность в чём-либо, то он может зайти на портал и получить всю необходимую информацию по этому вопросу.
Организация рынка оптимизируется в том случае, если количество посредников при движении товара минимизируется. Идеальный вариант, когда предприятие представляет собой предприятие замкнутого цикла, то есть производство, хранение, логистика и реализация в торговых сетях собственной продукции находится под одним управлением. В этом случае посредников нет, и учёт трудовых затрат во всей цепочке объективен.

Второй аспект - это справедливое распределение доходов предприятия в рамках рабочего коллектива.
Новейшие экономические исследования показали, что 95% доходов населения любой страны с большой точностью подчиняются логнормальному распределению. Пять процентов аномально высоких доходов, выходящих за рамки этого распределения, как раз и объясняются капиталистическим способом производства. Это может служить доказательством существования прибавочной стоимости при капитализме.
Целесообразно отметить, что логнормальное распределение вообще является фундаментальным законом, которому подчиняются многие явления как живой, так и неживой природы. Ниже я приведу только некоторые из них:
1) в биологии – измерение размеров живых организмов;
2) физиологические измерения (например, артериальное давление крови);
3) в гидрологии – при анализе экстремальных значений месячного или годового уровня осадков, а также водостока рек;
4) в экономике – распределение доходов населения;
5) в финансах - изменения в обменных курсах валют, индексов цен и фондовых бирж;
6) распределение площадей городов в странах всего мира;
7) время восстановления и бесперебойной работы при анализе надёжности различных систем;
8) в механике - коэффициенты трения и износа.
Можно не только констатировать факт подчинения доходов населения логнормальному распределению, но и рационально объяснить это. Дело в том, что логнормальному распределению подчиняется величина, подверженная мультипликативному влиянию значительного числа независимых факторов, каждый из которых положителен (больше нуля).
Полезность индивида как создателя общественного блага определяется тремя факторами:
1) природные способности познавать, обучаться, запоминать, мыслить логически, систематизировать информацию путем её анализа, определять её применимость (классифицировать), находить в ней связи, закономерности и отличия, ассоциировать её с подобной информацией;
2) знания, полученные в течение жизни (образование, опыт);
3) социальная ориентированность (воспитание, некоторые психофизические особенности).

Полезность индивида для общества пропорциональна всем трём факторам, то есть их произведению. Каждый из этих трёх факторов в свою очередь также представляют собой произведение более детализированных факторов, что приводит к мультипликативности общей модели, а значит, к логнормальному распределению полезности индивидов для общества. Поскольку доходы индивида (согласно принципу справедливости) должны быть напрямую связаны с его полезностью для общества, то мы приходим к логнормальному распределению доходов населения. Эта же модель применима и к отдельно взятому предприятию.
Логнормальное распределение полностью определяется его модой и средним значением. Ниже приводятся расчёты максимального дохода (дохода руководителя предприятия в отсутствии частной собственности на средства производства) для гипотетических предприятий.
Если взять в качестве входных параметров типовой (наиболее часто встречающийся) и средний доходы равными 20000 и 30000 руб. соответственно, то из логнормального распределения можно получить:

1) для предприятия с численностью работников 100 человек максимальный доход - 90000 руб.;
2) для предприятия с численностью работников 1000 человек максимальный доход - 131000 руб.;
3) для предприятия с численностью работников 10000 человек максимальный доход -177000 руб.

Эти доходы можно интерпретировать как справедливые по принципу «каждому своё» без учёта капитала, то есть без эксплуатации человека человеком. Аналогичным образом можно рассчитать доходы для всех категорий работников.
Таким образом, для любого предприятия в качестве входных параметров следует взять типовой и средний доход, а также численность работников, на основании которых может быть получено справедливое распределение доходов для всех категорий работников предприятия.

Только при реализации этих двух аспектов справедливости распределения можно объективно оценивать стоимость товаров.

Можно сказать, что уравнительная справедливость Аристотеля, неизбежно приводящая к принципу «каждому по труду», - это всего лишь «арифметика» экономики, высшей же математикой является христианская справедливость.
Некоторые считают, что аристотелевская уравнительная справедливость входит в противоречие с учением Иисуса Христа, который призывал не накапливать богатства и делиться с нуждающимися. На самом же деле никакого противоречия здесь нет.
Распределение по труду не приводит к появлению богатств. Появление богатства связано с нетрудовыми доходами, то есть ростовщичеством и эксплуатацией наёмного труда. Капитал служит мультипликатором неравенства и отклонением от принципа "каждому по труду", что неминуемо приводит к появлению богатств.
Если нет ростовщичества и эксплуатации наёмного труда, то доходы субъектов экономической деятельности не накапливаются вследствие естественного потребления ими благ. Если всё же в отдельных редких случаях происходит постепенное накопление излишков доходов, то они должны изыматься государством и перераспределяться в обществе по закону. Таков закон социализма. Если такого изъятия не происходит, то это неминуемо приведёт к образованию капитала и появлению нетрудовых доходов, что подорвёт уравнительную справедливость. Поэтому высшая христианская справедливость означает следующее: зарабатывай честно, сколько сможешь, трать доходы на личное потребление, сколько пожелаешь, но излишки, если останутся, должны перераспределяться в обществе.

В заключение несколько слов о термине социализм, что означает "общественный". Вся предыдущая история человечества была связана с классовым обществом и вытекающим из этого индивидуализмом. Термин «общественный» возник как антипод. Поэтому социализм может превратно пониматься, как торжество общественного над индивидуальным.
Истинный же смысл социализма заключается в гармонии личности и общества.
Анвар  |  17 Июнь 2017 в 21:58
Умно.
Титульная нация, цивилизация...
Куда делось детище Ленина-Сталина и ВКП(б) - ЕДИНЫЙ великий Советский народ - победитель?


Имя
Email
Комментарий
Введите число
на картинке
 



В рубрике
ОПАСНЫЕ ПРОТИВОРЕЧИЯ С УКЛОНОМ
2017: ГОД, КОГДА МЫ ТЕРЯЕМ КОНТРОЛЬ НАД РОСТОМ НАСЕЛЕНИЯ ЗЕМЛИ?
ВЕЙМАРСКИЕ МГНОВЕНИЯ
ОТ ДИКТАТУРЫ К ДЕМОКРАТИИ

Новости
17.08.2017 Австрийские социал-демократы прекратили работу с задержанным советником
17.08.2017 Великобритания сохранит безвизовый режим для европейцев после выхода из ЕС
17.08.2017 Трамп резко осудил снос памятников конфедератам в США
17.08.2017 Самую молодую обладательницу Нобелевской премии мира приняли в Оксфорд
14.08.2017 Материальные проблемы оказались ключевыми для россиян

Опрос
СКАЗЫВАЕТСЯ ЛИ НА ВАС ЛИЧНО УХУДШЕНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИТУАЦИИ В СТРАНЕ?




Результаты прошедших опросов

2008-2009 © Журнал "СОЦИАЛИСТ". Вестник института "СПРАВЕДЛИВЫЙ МИР"