все поля обязательны для заполнения!


 
«ПРЕКРАСНА, КАК АНГЕЛОК»
С Францем Йозефом Дегенхардтом она пела на пасхальном марше против атомного вооружения, с Бобом Диланом – против войны во Вьетнаме. Сегодня Джоан Баэз исполняется 75 лет.
ГЕРД ШУМАНН
Писатель (Германия)

Биография Джоан Баэз – это, прежде всего, про историю и про то, что можно влиять на её ход. Поэтому важно рассказать о жизни певицы сегодня, в день её 75-летия. 

 Она родилась в 1941 г., как и Аллен Циммерман Роберт: Джоан Чандос Баэз появилась на свет 9 января в Статен-Айлэнде/Нью-Йорк. Циммерман, взявший впоследствии псевдоним Боб Дилан, предположительно 24 мая в Дулуте, штат Миннесота. Обоим было суждено стать масштабными величинами популярной музыки, в первую очередь, как голоса «многообещающей контркультуры 60-х» – так с позволения Дилана до сих пор объявляются концерты его тура Never ending Tour – дерзковато, но, в целом, оправданно.
 Ведь, в конце концов, всё творчество Дилан и Баэз восходит к тем годам протеста против прогнивших господствующих условий, которые, казалось бы, давно уже были искоренены, но, тем не менее, продолжали существовать. Старое пошатнулось, но не пало. Более того, способное к адаптации вплоть до самоотречения, удобренное большим количеством денег, бессовестностью и ловкостью, – оно путём захвата и раздробления протестных движений восторжествовало и остаётся живучей системой по сегодняшний день.
  В этом смысле биография Баэз ещё и про откаты назад. Она наглядно показывает, как тесно эффективность искусства связана с социальными условиями. Здесь существует и возможность провала – тем более, когда времена хоть и меняются, но не в том смысле, как это принято считать.
 Когда Дилан в 1963 г. исполнял песню The times they are a-changin’ («Времена меняются»), гипнотическое предупреждение истеблишменту быть предельно внимательным, ещё верны были слова: «Come senators, congressmen, / please heed the call / Don’t stand in the doorway, / Don’t block up the hall / For he that gets hurt / will be he who has stalled / The battle outside ragin’ / Will soon shake your windows / and rattle your walls / For the times they are a-changin’».1

 

Play fuckin’ loud
Фри-Трейд-Холл, Манчестер, 17 мая 1966 г. «Play fuckin’ loud!» («Играйте чертовски громко!») – скомандовал своей группе Боб Дилан, когда из неодобрительной свистящей, хлопающей и гудящей публики раздалось «Иуда!». Это был протест против превращения Дилана из политического фольклориста в рок-н-роллера.
 Что же, Дилан – предатель музыки, вырвавшейся из спёртого послевоенного воздуха западной реставрации? Сначала он, казалось, опешил, затем крикнул: «Ты лжец!». После повернул усилитель до упора и заорал «Играйте чертовски громко!» Загудел орган Гарта Хадсона, ударник Микки Джонс колотил свой инструмент, как никогда ранее, сам певец был зол и растягивал слово «feel» – how does it feeeeel? («каково это?»). «Каково это – быть чертовски одиноким, как катящийся камень?» – поётся в его первом бестселлере. Его и по сей день ежегодно выбирают лучшей песней всех времён, хотя она – при всей её энергии и ярости, с которой певец ругает невесту, бросившую его, рок-героя, – лишь знаменует переход от обычной гитары к электрогитаре с усилителем.

 То, что это означало больше, означало разрыв с тем, что он делал раньше, Джоан Баэз знала уже не позднее их последнего общего концерта где-то на восточном побережье США в начале судьбоносного 1965 г. незадолго до первого турне Дилана по Англии. К моменту турне Баэз и бард уже не выступали вместе – документальный фильм Д.А. Пеннебейкера «Не оглядывайся назад» (премьера состоялась в 1967 г.) даёт представление о той холодности, с которой Дилан меняет направление своей карьеры и порывает с бывшей соратницей.
 Баэз тогда сказала Дилану, мега-таланту, которого она поддерживала с 1961 г., и который достиг к тому моменту большей величины, чем когда-либо станет она сама: «Всё закончится тем, что ты будешь королём рок-н-ролла, а я королевой мира и покоя». В тот вечер, по словам Баэз, «дети из зрительного зала требовали «Мастеров войны», «Бога на нашей стороне» – всех тех его песен, которые что-то для них значили», – то есть именно одной антивоенной песни, способствующей осознанию собственной идентичности, которая не увиливает от неудобного вопроса о виновности в битвах народов; и второй песни, похожей на мерзкий, антиклерикальный урок по истории США снизу, в духе стихотворения Брехта о семивратных Фивах. «Oh the history books tell it / They tell it so well / The cavalries charged / The Indians fell / The cavalries charged / The Indians died / Oh the country was young / With God on its side». 2

 

«Забери детей»
Дилан нервно подтвердил, что слышал детей, «Слышал ли я их, да? Я не могу взять на себя ответственность за их жизни» – цитировала его Баэз в 1970 г. в интервью Энтони Скадуто. На её вывод, не значит ли это, что он хочет свалить всех детей на неё, тот отвечал: «Эй, эй, забери их, если хочешь, но послушай же, я не могу взять на себя ответственность». Разворот от политического певца-песенника к «рок-поэту» – ужасное в своей нейтральности, но, всё же, правильное слово – подтвердился. Пусть поющая защитница движения за гражданские права спокойно продолжает свою политику. Рокеру больше не хочется.

 «Исходя из этого, нельзя сказать, что Дилан стал полностью аполитичен и больше не защищал угнетённых! Но его «протест», если это можно так назвать, сейчас проходит на «более возвышенном уровне», в том числе, в языковом и художественном плане, в отрыве от повседневной реальной политики – такую оценку даёт эксперт по Дилану и песенник «Лидершмитт», работавший под псевдонимом Вальтер Шмит, в 1979 г. – Всё будто сместилось как-то в сферу мистического».

 Джоан продолжила делать то, что и делала раньше. На протяжении 1960-х гг. её исполнительское влияние было созвучно развитию общества. Доставшаяся по наследству потребительская культура всё сильнее подвергалась давлению растущей критики. Над повседневной продукцией звукозаписывающих студий нависла угроза скатывания в запыленные ниши консерватизма.

 К тому моменту как Джоан стала известной в 1959 г., она уже немало повидала. Будучи дочерью шотландки Джоан Бридж Баэз, происходившей из семьи пасторов, и мексиканца Альберта Виничио Баэза, она как минимум за годы, проведённые в Калифорнии, страдала из-за своего темноватого цвета кожи. Её отец вёл свою борьбу за ценности – христианские. Перешедший из католицизма сначала в протестантизм, а затем в квакерство христианин в 1947 г. «по моральным соображениям оставил высокооплачиваемую работу в оборонной промышленности и удовлетворился местом профессора на западном побережье» (по Лидершмитту). Его семья следовала за ним, когда его переводили по работе в Багдад и Париж. Впоследствии Джоан не станет платить 60 % от своих налогов – ту долю, которую государство тратило на армию.

 Летом 1958 г. свежеиспечённая выпускница средней школы вместе с родителями и сёстрами Паулиной и Мими переехала из Пало-Альто в Бостон. Рок-н-ролл чёрного поколения основоположников, к которому поначалу склонялась Джоан, уже превратился в рыночный товар. Элвис служил в американской армии, а старые представители ритм-н-блюза зарабатывали халтурками в небольших клубах. В конце концов, в 1958 г. Джоан затянуло общее возрождение фольклора, из автомобильного радиоприёмника непрерывно звучала фолк-песня «Том Дули» группы The Kingston Trio. Гитаристка-любительница начала учёбу в театральной школе Бостонского университета и выступала в кофейнях.

 

We shall overcome («Мы победим»)
Потом всё стремительно завертелось: в 1959 г. 18-летняя певица имела настоящий успех на первом фолк-фестивале Newport Folk Festival, проводившемся в 160 км к северу от Нью-Йорка; её называли «сенсацией». Она разработала «огромный репертуар англосаксонских баллад и американских народных песен», год спустя на Vanguard Records вышел её дебютный альбом, «ставший самой продаваемой фолк-пластинкой в США» (Рок Лексикон).

 «Великолепное сопрано, оттенённое естественным вибрато, создавало во всём, что она пела, нервное напряжение» (The Joan Baez Webpages). Традиционные песни улицы – те, что пели бродяги, безработные и бомжи, чернокожие из церквей и с полей, бездомные и преследуемые «Ку-клукс-кланом» или полицией, – она сделала известней, «чем это до сих пор удавалось Вуди (Гатри), Питу Сигеру или кому-либо ещё», – утверждает Лидершмитт.

 Например, «Донна Донна», еврейская песня сопротивления. Песня была написана (c названием «Дана Дана») на идише Арном Цейтлином для мюзикла «Эстерке» (1940 – 1941 гг.), композитор Шолом Секунда. Благодаря Джоан Баэз в 1960 г. песня совершила международный прорыв, в том числе, потому что попала в точку. «Stop complaining said the farmer, / Who told you a calf to be? / Why don’t you have wings to fly with, / Like the swallow, so proud and free?»3 То есть, запомните все, кто ещё медлит: «Calves are easily bound and slaughtered» («Телят легко связывают и убивают»).

 Или госпелы афроамериканцев – потомков рабов с «торговых судов» (Боб Марли). Песня Баэз «We shall overcome» («Мы победим») стала гимном борьбы за освобождение далеко за пределами США – прежде всего, как оптимистично-прерывистое объявление борьбы, как вечно актуальная тема движения за гражданские права с полезной отдачей и по сегодня, поскольку этот гимн приободрял, несмотря на всю ненависть, которую была способна развить расистская среда.
Oh, freedom («О, свобода»)
 Затем было 28 августа 1963 г.: весь день ежечасно по 100 автобусов прибывали в столицу США, 21 спецпоезд приехал на вокзал, сотни тысяч демонстрантов под предводительством Мартина Лютера Кинга потребовали, наконец, свободы у монумента Вашингтона. Джоан Баэз открыла этот великий исторический митинг песней Oh, freedom («О, свобода»).

 Незабываемыми были и бесчисленные демонстрации против войны во Вьетнаме, которые она инициировала совместно с другими знаменитостями – твёрдо и непоколебимо. Гарри Белафонте написал в своей биографии «Моя песня» о кампании по сбору средств на движение за гражданские права, где среди прочих выступавших гостей были Арета Франклин и эстрадный артист Сэмми Дэвис-младший: «в Окленде, штат Калифорния, Сэмми рассказал немногочисленной публике о своей поездке во Вьетнам, чтобы выступить перед солдатами, на что Джоан Баэз на открытой сцене напустилась на него из-за поддержки войны».

Наконец, в Вудстоке, в августе 1969 г., она становится свидетелем кульминации и одновременно заката протестной культуры 60-х. Крупнейший до того момента поп-фестиваль войдёт в историю рок-музыки как феноменальный слёт «поколения любви и мира», а не как политическое событие, под которое его высокопарно стилизует документальный фильм. Движения хиппи и сельских коммун пришли в упадок так же быстро, как взлетели продажи пластинок песен с фестиваля.

 Из заметных политических выступлений остаются: песня Кантри Джо Макдональда в стиле регтайм «I feel like I’m fixin’ to die» («Мне кажется, я скоро умру»), «Star spangled banner» («Звёздно-полосатое знамя») Джими Хендрикса и выступление Джоан Баэз. Вступившая к тому времени в брак певица под аплодисменты публики рассказала о голодовке своего заключённого в тюрьму мужа Дэвида Харриса, известного антивоенного активиста, и спела одну из его «любимых песен»: «I dreamed I saw Joe Hill last night / Alive as you and me»4 – дань памяти лидеру рабочего движения, приговорённому американской юстицией к казни в 1915 г. Выступление Баэз в Вудстоке, безусловно, можно рассматривать как попытку навести мосты между новым движением и старым рабочим движением: «Where workingmen defend their rights/It’s there you find Joe Hill» («Где рабочие отстаивают свои права, там вы найдёте Джо Хилла»).
 Однако ни по содержанию, ни в музыкальном смысле ничего так и не срослось. «Вудсток» представляет собой последний виток рокерского бунта и связанной с ним атмосферы: манеры держать себя, бунтарских длинных волос, уверенности и вдохновения. Ощущение, что тебя воспринимают в первую очередь как мятежника, вспыхнуло ещё раз. А дальше последовала дорога или через официальные ведомства, в тиски общества или же к смерти: Алан Уилсон, Джим Моррисон, Дженис Джоплин, Джими Хендрикс ...

 

«Salt of the earth» («Соль земли»)
В 1970 г. Баэз уже сама сочиняла музыку и писала тексты – на сегодняшний день имеется около 80 (или более) её собственных песен. Данные работы не стали её «визитной карточкой», хотя и не все комментарии – впрочем, необоснованные, – получились такими ненавистными, как один комментарий в музыкальном журнале Sounds1976 к её пластинке Gulf Winds: «в этот раз все песни альбома она написала сама и, тем самым, сильно переоценила свои способности...».

 Несмотря на все нарекания: Баэз написала замечательные песни и интерпретировала их по-своему причудливо – например, композиция «Blessed are» («Благословенны»), в которой певица воздвигла небольшой памятник отверженным и гонимым. Однако наибольший успех в её долгой карьере пришёл к ней в 1971 г. в США благодаря кавер-версии на песню «The night they drove Old Dixie down» («Ночь, когда они победили Старый Дикси»). Автор песни Робби Робертсон из группы «The Band» описывает гражданскую войну США с точки зрения побеждённого южанина. Баэз изменила некоторые места в тексте и этим усилила его антивоенный характер: «кавалерия Стоунмана» стала «такой большой кавалерией».
 Песня заняла третье место в американских чартах и убедительно раскрыла великую силу певицы: способность популяризовать важные песни с помощью новых выразительных интерпретаций – далеко за пределами существующей целевой аудитории.

 Однако при этом она, образно говоря, «глубоко запускала руку в ящик с халтурой», например, в 1968 г., испортила написанную Миком Джаггером и Китом Ричардсом песню «Соль Земли» («Let’s drink to the hard workin’ people» – «Давайте выпьем за тяжело работающих людей») из альбома «Beggars Banquet». Она лишила песню её мощной энергетики. Такое происходит, когда посягаешь на титул «Rolling Stones» в их мятежный творческий период шестидесятых годов. Кавер-версии Джоан Баэз на песни Дилана, напротив, хоть и не достигли уровня интерпретаций «Byrds» («Mr. Tambourine Man», «Chimes of Freedom» ...), однако же – строго ориентированные на оригинал – имели успех. Баэз представила песни Дилана «Blowin’ in the wind» и «Masters of war» с неповторимым пылом своего сопрано, проникавшего под кожу.

 

Here’s to you («Ваше здоровье»)
Не стоит забывать – также и в политическом аспекте, – что Джоан Баэз написала небольшой текст для мирового хита (музыка Эннио Морриконе). Для фильма «Сакко и Ванцетти» (1971 г.) о двух анархистах Николе Сакко и Бартоломео Ванцетти она поучаствовала в создании песни «Here's to you». Баллада стал музыкальным маяком для всех политических заключённых. Франц Йозеф Дегенхардт, её современник из Западной Германии, выступавший с ней в 1967 г. на митинге пасхального марша во Франкфурте-на-Майне, в 1972 г. своеобразно перенёс это в своё мировоззрение: «Эта песня, Никола и Барт / Для вас и Ангелы / За вами стоит сегодня мир / В котором народу уже принадлежит власть».

 Несомненно, это замечание имело некоторый потенциал агитпропа, однако, вместе с тем, прекрасно описывало геополитическую реальность. Правда, автору текстов, Баэз, совершенно не понравилась свободная интерпретация «Батюшки Франца» (имеется в виду Франц Йозеф Дегенхардт – прим. переводчика), который в те дни уже давно находился на пути от социал-демократии к коммунизму. Она, конечно, всегда была на стороне преследуемых и угнетённых, но избегала углубляться в альтернативные модели общества. Она также не вставала на сторону тех, кто боролся за освобождение с оружием в руках, – от американских «Чёрных Пантер» до мозамбикской леворадикальной политической организации «ФРЕЛИМО» и партизан Хо Ши Мина во Вьетнаме.

 Это приводило к парадоксам. В Северный Вьетнам, который она посетила, будучи всемирно известной, проявив мужество и повлияв на общественность, в разгар войны на Рождество 1972 г., она поехала в рамках гуманитарной миссии для обмена пленными.
 То есть, она не идёт ни в какое сравнение с «Ханойской Джейн»: актриса Джейн Фонда сфотографировалась на фоне зенитных орудий Вьетконга и была едва ли не предана анафеме последовавшей реакцией из США. Певица Баэз, напротив же, осталась милой, дружелюбной Джоан, которую не сбили с пути проводившиеся по приказу президента Ричарда Никсона одиннадцатидневные «рождественские бомбардировки» эскадрильей B-52.
 Спустя годы – после того как 1 мая 1975 г. окончательно подтвердилось поражение США во Вьетнаме – Джоан Баэз вступилась за «людей в лодках» – вьетнамских беженцев из разрушенной страны, заявив в четырёх крупных американских газетах, что «коммунисты» создали этот «кошмар». Журнал «Шпигель» сообщил в 1979 г. о противоречиях в рядах активистов: «Баэз («На мне нет идеологических шор») в открытом письме упрекала правительство Ханоя в бесчеловечном обращении с политическими оппонентами. Это дало повод Джейн Фонде оставить следующий комментарий: певица встала «на один уровень с ограниченными и наиболее негативными элементами».

 Певица принимала участие в нескольких кампаниях организации «Amnesty International», подразделение которой разместилось на западном побережье США, и за это её одобряли в западном лагере, прежде всего, когда это было направлено против социалистической части биполярного мира (русский писатель Андрей Сахаров, чешская диссидентская группа «Хартия 77» с Вацлавом Гавелом, соучредитель польской «Солидарности» Лех Валенса), но не только это. Она вступалась за заключённых в диктатурах Латинской Америки. Её слова и песни имели вес и продвигали образ Баэз как ничем не связанный, но, в то же время тот, который можно связать с чем угодно.

 

«Тогда ещё свежо»
В 1985 г. Дегенхардт попытался в песне «Ведь что-то изменилось» из альбома «Осторожно, горилла!» исторически классифицировать влияние певицы. «… и в Пасху '67 / Франкфурт был полон борцов за мир / милый Франц, там пел ты в первый раз для нас, ещё помнишь? / И Джоан Баэз там была / и пела «Мы победим», красива, как ангелок. / «Противно, – крикнул маленький Тритч, – ограниченно» / «Нет, – сказал Руди, тогда ещё было свежо».

 В эпоху противостояния стран Варшавского договора и НАТО певица пропагандировала глобализацию прав человека. Это не могло окончиться успешно, особенно в «Блоке III», то есть в третьем «поле деятельности» заключительного Хельсинского акта, отсутствовало право на труд и жильё. А значит, социализм. Мягкая вода не заточила камень и после. И не точит его сегодня, под эгидой сторонников войны для защиты прав человека. Тем не менее, Джоан Баэз навсегда останется непорочной Жанной д'Арк, чистой девой пацифизма, исполнительницей подлинной народной музыки, рядом с тяжёлой жизнью стоящих внизу семи миллиардов. В политическом же смысле – на уровне морали, которая в политических делах (если она вообще там присутствует) служит лишь фасадом.

 В конце концов, она оказывает сопротивление – одна из немногих оставшихся в живых из гвардии ушедшей контркультуры. Культура эта может всё ещё, как Дилан, петь «Я больше не буду работать на ферме Мэгги», но, однако же, давно работает на ферме Мэгги: на буржуазном предприятии. Иногда туда заглядывает Джоан Баэз. Как выпавшая из времени она выносит на свет свои песни тех дней, когда такие деятели искусства, как она, оказывали значительное влияние на ход истории. И, напоминая нам о том времени, эти песни вдохновляют нас сегодня.

 

 


Комментарии

1 «Придите сенаторы, конгрессмены / Пожалуйста, обратите внимание на призыв / не стойте в дверях / Не загораживайте проход / Ибо тот, кому сейчас больно / Лишь выиграет время / Битва бушующая снаружи/ Скоро выбьет ваши окна / И сотрясёт Ваши стены / потому что времена, они меняются».
2 «О, об этом рассказывают книги по истории / Рассказывают так славно: / Кавалеристы зарядили ружья / Индейцы пали. / Кавалеристы зарядили ружья, / Индейцы умерли. / О, страна была молода / И Бог был на нашей стороне.
3 «Прекрати жаловаться» – сказал фермер / Кто сказал тебе быть телёнком? / Почему у тебя нет крыльев, чтоб летать / Как ласточка, так гордо и свободно?»
4 «Я видел сон, я видел Джо Хилла прошлой ночью / живого, как вы и я».

 

 

Источник: Junge Welt
Перевёл с немецкого: Александр Ананьев
 

17 Февраль 2016

Комментарии


Имя
Email
Комментарий



В рубрике
ПРОБРЮССЕЛЬСКОЕ БОЛЬШИНСТВО УТРАТИЛО ЧИСЛЕННОЕ ПРЕИМУЩЕСТВО В ЕВРОПАРЛАМЕНТЕ
КТО НУЖЕН НОВОМУ ПРЕЗИДЕНТУ?
ПРИВЕДЕТ ЛИ КАПИТАЛИЗМ К КЛИМАТИЧЕСКОЙ КАТАСТРОФЕ?
СМОЖЕТ ЛИ ТРАМП ВЕРНУТЬ ДОВЕРИЕ РОССИИ?

Новости
17.06.2019 Датские социал-демократы перестали требовать запретить "Северный поток - 2"
17.06.2019 Миллионные протесты прошли в Гонконге
17.06.2019 Профсоюзы Архангельска выступили против ввоза мусора из других регионов
17.06.2019 Парламент Албании признал неконституционной отмену выборов президентом
15.06.2019 Женщины Швейцарии устроили массовый протест против неравенства

Опрос
КАК ВЫ ОТНОСИТЕСЬ К ПОВЫШЕНИЮ ПЕНСИОННОГО ВОЗРАСТА?





Результаты прошедших опросов

2008-2019 © Журнал "СОЦИАЛИСТ". Вестник института "СПРАВЕДЛИВЫЙ МИР"