все поля обязательны для заполнения!


 
РАЗБИВШИСЬ О ВОЙНУ
Выводы для сегодняшнего дня: 100 лет назад группа «Интернационал» во главе с Розой Люксембург и Карлом Либкнехтом обсуждала тезисы о кризисе социал-демократии как самостоятельной организации рабочего класса
ПАТРИК КЁБЕЛЕ
Председатель Коммунистической партии Германии

На рубеже 1915-1916 гг. никто не смел надеяться на скорый конец империалистической войны, линии фронта как будто застыли. «Шестинедельный марш на Париж превратился в мировую драму. Массовое убийство стало монотонной целью, а окончательное решение всё ещё не приблизилось ни на шаг. Капиталистический порядок сам себя загнал в ловушку и не может остановить дух разрушения, который он же сам и вызвал к жизни»1.

Хоть это и было написано ещё в апреле 1915 г., но и спустя девять месяцев ещё вполне соответствовало действительности. «Внешние обстоятельства» – как значилось во введении, добавленном 2 января 1916 г. в документ, впоследствии ставший известным как «Брошюра Юниуса», – «помешали тогда его публикации». На момент составления документа автор, ранее взявшая псевдоним «Юниус», сидела в берлинской тюрьме. Уголовный суд Франкфурта в феврале 1914 г. за «призывы к неповиновению законам и распоряжениям властей» приговорил её к тюремному заключению на срок 14 месяцев, которые ей полагалось отбывать с февраля 1915 г. «Враг государства» в конце сентября 1913 г. выступила на демонстрации, проходившей во Франкфурте-на-Майне, с призывом к сотням тысяч слушателей отказаться от военной службы и выполнения приказов: «Если от нас потребуют поднять оружие против наших французских или других иностранных братьев, мы заявим: «Нет, мы этого не сделаем!»2

 Призыв Розы Люксембург стих и остался неуслышанным. Менее, чем через год рабочие по приказу генералов в интересах крупной буржуазии Рейна и Рура подняли оружие против своих иностранных братьев, и должно будет пройти четыре года взаимной резни с миллионами убитых, пока в ноябре 1918 г., по меньшей мере, некоторые не обратили это оружие против разжигателей и бенефициаров войны.

 

Тяжёлый разрыв
Социал-демократическая партия Германии (СДПГ), одобрив военные кредиты в рейхстаге в августе 1914 г. и декабре 1915 г., окончательно распрощалась со стратегией революционного переворота и стала «врачом у постели больного – капитализма». Голосование партии было связано с так называемой «политикой классового мира», принципом которой был отказ от классовой борьбы снизу, пока «отечество в опасности».

 Группа «Интернационал» осталась верна революционной стратегии и в ходе противоречивого процесса отделилась от СДПГ. Основные положения группа выработала на своей конференции 1 января 1916 г. Ведущие функционеры левых рано утром тайно встретились в адвокатском бюро Карла Либкнехта на Шоссеештрассе в Берлине. Там они обсудили «Тезисы о задачах международной социал-демократии», составленные Розой Люксембург на базе её «Брошюры Юниуса».

 С одной стороны, участники собрания дали следующую оценку: «Одобрением военных кредитов и провозглашением классового мира официальные лидеры социалистических партий Германии, Франции и Англии укрепили империализм. Данная тактика официальных партийных органов воюющих стран, и, в первую очередь, Германии, в прошлом ведущей стране в рамках Интернационала, означает предательство самых элементарных основ международного социализма». С другой стороны, ещё отсутствовала чёткая стратегия необходимого разрыва с СДПГ. С одной стороны, группа понимала, что военная политика социалистов в Германии, Франции и Англии разрушила Второй, рабочий Интернационал. С другой стороны, их анализ был безвредным, скорее даже ошибочным: социал-демократия ведущих стран своей политикой классового мира дала «врагу, правящим классам, отсрочку». Она не только дала отсрочку, но и поменяла сторону баррикады. Революционная партия превратилась в организацию, которая объективно уже не выполняла функцию вождя в свержении капитализма, а интегрировала рабочий класс в систему капитализма.

 Разумеется, такой процесс был изнурительным. Партийцы, желавшие свергнуть капитализм, были покинуты партией, которая всегда была для них инструментом такой революции. За много лет они изучили, насколько важна организация, насколько важна её внутренняя дисциплина при классовой борьбе. Для обеспечения новой концепции на деле потребовался тщательный анализ неудачи социал-демократии.

 

Потеря классовой позиции
Роза Люксембург в своём труде «Кризис социал-демократии», широко известном как «Брошюра Юниуса», описывает наиболее важную часть анализа для понимания перехода от революционной социал-демократии к партии реформистов. Написанное ею сохраняет своё значение и поныне. Автор объясняет, что разжигатели империалистической войны никогда не обосновывают её как таковую. Показано, к чему приводит ситуация, когда социалисты начинают пользоваться понятием «мы», а уже не ведут речь о классах, то есть когда фундаментальная составляющая Исторического Материализма более не действительна.

Роза Люксембург цитирует обоснование социал-демократической фракцией в Рейхстаге своего согласия на военные кредиты: «В настоящий момент мы стоим перед фактом войны. Нам угрожают ужасы вражеской оккупации. Мы должны сейчас решать вопрос – не за или против войны, но вопрос о средствах, необходимых для защиты страны. В случае победы русского деспотизма многое, если не всё, ставится на карту для нашего народа. Мы были правы, постоянно повторяя: мы не оставим в момент опасности под ударами нашу Родину, мы чувствуем себя вместе с тем в согласии с Интернационалом, который всегда признавал за народами право на самостоятельность и самозащиту, и также единодушно с Интернационалом мы осуждаем завоевательную войну. Исходя из этих оснований, мы вотировали требуемые военные кредиты».3

Люксембург обнаружила, что тут была покинута классовая позиция. Это обернулось, пишет она, «глубочайшим падением, громадной катастрофой», и «нигде (как в Германии – прим. Патрика Кёбеле) не (отдана) организация пролетариата так всецело на службу империализма».4 Дело дошло до международной катастрофы, катастрофы Второго Интернационала, потому что «немецкая социал-демократия (считалась) истинной носительницей марксистского социализма».5

 Поскольку руководство СДПГ больше не рассматривало историю как череду классовой борьбы, в фокус анализа попадает и вторая причина: изменилось конкурентное соотношение между капиталами. Монополия стала структуроопределяющим элементом получения прибыли, повысилась вовлечённость государства в интересы монополии. Оформился империализм как новая стадия капитализма. Ведущие монополии и их правительства вели борьбу за колонии, сферы влияния, рынки – таким было закулисье бушевавшей с 1914 г. войны. Вне лжи о защите, вне сфабрикованных поводов для войны эта военная кампания показала: «Пристыженное, обесчещенное, по колена в крови, запачканное грязью стоит перед нами буржуазное общество. Оно показывает своё подлинное лицо, не в скромном и привлекательном виде культурности, философии, этики, мира и государственного права, но в образе хищного животного, – в шабаше анархии, в гибели культуры и человечества. Посреди этого шабаша ведьм произошла мировая катастрофа, – капитуляция интернациональной социал-демократии».6

 

Приход в парламентаризм
Третья причина, которую Люксембург анализирует в своей работе, – приход социал-демократии в буржуазный парламентаризм. Она констатирует, что правильная тактика использования парламента и выборов для распространения социалистических позиций, для «агитации и выступлений в духе пролетарской классовой борьбы» свелась к «их чисто буржуазному содержанию: к собиранию мандатов».7 Значительная часть социал-демократов пришла в парламент и отказалась от своей относительной автономии как организации рабочего класса против класса капиталистов. Это начало конца партии как организатора рабочего класса.

Поддержка военных действий определила исход всего остального, став «точкой невозврата». По ту сторону от неё теперь благословлялось любое безобразие – любыми елейными словами. Это большой урок, который нужно извлечь из ситуации с одобрением военных кредитов. С этого дня классовому врагу уже не противостоял противник в лице СДПГ. Она стала его деловым партнёром, заботившейся о поддержании бизнеса в рабочем режиме. Роза Люксембург писала в «Брошюре Юниуса»: «Таким образом, социал-демократия объявила классовую борьбу несуществующей до будущего заключения мира. С первым громом Крупповских пушек в Бельгии, Германия превратилась в волшебную страну классовой солидарности и общественной гармонии.8 Это хорошо написано и правильно сказано, однако это ещё и ожидание того, что по окончании войны всё снова вернётся в привычные рельсы.

Ленин, напротив, очень рано, в декабре 1914 г., понял, что пути назад нет. «Раскол немецкой социал-демократии кажется мыслью, которая слишком пугает многих своей «необычайностью». Но объективное положение ручается за то, что либо произойдёт это необычайное, либо мы будем свидетелями мучительного гниения того, что было некогда немецкой социал-демократией.»9

Таким образом, Роза Люксембург распознала основные причины перехода социал-демократической партии к партии военной. Во-первых, задача классового анализа, особенно в вопросе о нации и, тем самым, открытие двери для националистических позиций; солидарность с капиталом, называемая «классовым миром», и потому переход от классового анализа к социальному партнёрству. Во-вторых, неспособность обнаружить переход капитализма к своей империалистической стадии, а значит, и превращение Германии в империалистическую страну. В-третьих, приход в буржуазный парламентаризм. В-четвёртых, задача автономии в качестве организации рабочего класса.

 

Марксистский анализ ситуации в мире
Необходимая борьба за широту антивоенного движения не должна, однако, побуждать коммунистов к тому, чтобы, находясь в коалициях, перестать отстаивать собственную позицию, проникнутую духом классовой борьбы. Такое поведение постоянно ослабляло революционеров, как это продемонстрировали социал-демократы в канун Первой мировой войны. Это также привело к идеологическому саморазоружению в коммунистической партии. Например, в 70-е гг. так называемый еврокоммунизм в некоторых рабочих партиях Европы и в конце 80-х гг. ошибочный тезис о способности империализма к миру. Сюда относится и появление на тот момент реформистского «течения обновленцев» в Коммунистической партии Германии.

 Однако именно упор на марксистском понимании ситуации в мире приведёт к успеху. Коммунисты должны стремиться к широкому и активному движению за мир, которое вынесет эту силу на улицы. Предпосылкой тому со стороны Коммунистической партии должен стать тщательный анализ империализма и классовых отношений, который впоследствии можно обсуждать с другими силами. За счёт этого осложнится также прохождение в парламент. Опираясь на тезис Альвару Куньяла, великого португальского коммуниста, можно сказать, что это означает борьбу за сохранение и расширение организаций, как правило, независимых от интересов, идеологии, давления и угроз сил капитала. Эта независимость проявляется в своих собственных действиях, собственных целях и собственной идеологии по отношению к капиталу и поддерживающему его государству. Коммунистическая партия Германии на 21 партийном съезде в ноябре прошлого года поставила перед собой такие задачи.

 


Примечания:
1 Кризис социал-демократии (Брошюра Юниуса), в: Роза Люксембург, Собрание
сочинений, том 4, с. 51 (здесь и далее номера страниц немецких изданий, согласно
указанным в источнике – прим. переводчика)
2 Цитируется по Аннелиес Лашица: В упоении жизни, вопреки всему. Роза
Люксембург. Биография, Берлин 1996 г., с. 437
3 Роза Люксембург: Кризис социал-демократии, с. 63
4 Там же, с.55
5 Там же, с.54
6 Там же, с.53
7 Там же, с.122
8 Там же, с.123
9 Ленин: Мёртвый шовинизм и живой социализм, в: Собрание сочинений, том 21, с.
89 ф.


Источник: издание Junge Welt 

Перевод Александра Ананьева

01 Февраль 2016

Комментарии
Н.Р.  |  01 Февраль 2016 в 13:46
"В этой последней классовой битве мировой истории за высшие цели человечества враг заслуживает только одного: меч к горлу и колено на грудь!" (Роза Люксембург. Чего хочет Союз Спартака? Декабрь 1918 г.).
Вот это и есть "принципы революционной социал-демократии" по Розе Люксембург...
Сергей Бахматов  |  01 Февраль 2016 в 14:57
"Меч к горлу и колено на грудь" - это слишком мало для тех, кто отправил на бойню десятки миллионов ни в чём не повинных людей, из которых 22 миллиона были убиты и 55 миллионов ранены.
Н.Р.  |  01 Февраль 2016 в 16:39
С другой стороны, это можно расценить и как призыв к террору a la Ленин - Троцкий
Сергей Бахматов  |  02 Февраль 2016 в 00:42
Если суммировать жертвы двух мировых войн и большинства локальных конфликтов XX столетия, навязанных человечеству капиталистическим империализмом, то количество жертв будет насчитывать уже сотни миллионов людей. Красный террор и рядом не стоял. Характерная черта буржуазных либералов как раз и состоит в том, что они всегда пытаются смотреть на вещи лишь с одной стороны, поэтому сами смотрятся со стороны, мягко говоря, адвокатами дьявола, а грубо говоря, - соучастниками преступления.
Н.Р.  |  02 Февраль 2016 в 03:24
Что мне всегда в революционных марксистах не нравилось - их двойная мораль. Ленин возмущался Первой мировой войной, но организовал красный террор. То есть отношение к убийству зависело от того, кто и во имя чего убивает. Когда убивают "империалисты" - это ужасно и отвратительно. Когда убиваем "мы" во имя торжества "мировой пролетарской революции" - это хорошо и правильно. Троцкий подобную моральную философию отстаивал и в статье 1938 года "Их мораль и наша". Непонятно только, чем она отличается от морали готтентотов: "когда я украду корову у соседа - это хорошо, а когда сосед у меня украдёт - это плохо".
Н.Р.  |  02 Февраль 2016 в 03:32
Кстати, к чести Розы Люксембург надо сказать, что она всё-таки в 1918 году террор Ленина и Троцкого осудила.
Сергей Бахматов  |  02 Февраль 2016 в 03:47
Вы как всегда путаете причину и следствие, что, кстати, тоже характерно для буржуазных либералов.
Империализм - это ужас без конца, и он по времени явно предшествовал красному террору. Ленин предполагал, что для той эпохи лучше ужасный конец, чем ужас без конца.
Правильная позиция - переход от капитализма к социализму праведными средствами. Буржуазные либералы идеализируют буржуазный строй и препятствуют такому переходу. Таким образом, они выступают за ужас без конца. Всё очень просто, Ватсон.
Сергей Бахматов  |  02 Февраль 2016 в 04:40
Более того, если уж анализировать события строго в соответствии с требованиями здравого смысла, то получается, что жертвы красный террора, являясь следствием причины (капиталистического империализма), целиком и полностью лежат в сфере его ответственности. То есть на капиталистическом империализме и буржуазных либералах клейма некуда ставить.
Н.Р.  |  02 Февраль 2016 в 04:52
Существует ведь и третья позиция, равноудалённая как от капиталистического империализма, так и от большевизма - признание человеческой личности абсолютной ценностью.
Сергей Бахматов  |  02 Февраль 2016 в 05:00
Так это и есть настоящий социализм. Само построение его по Ленину через насилие было чревато буржуазным духом, что и проявилось во "всей красе" в конце XX века.
По поводу двойной морали я как-то написал стишок.

Бывает так, что из-за розни
Мы попадаем часто в переплёт
И злой судьбы встречаем козни,
Не ведая беды сей наперёд…

И вспоминаем фатум иль судьбу,
Что обрекают всех на вечную борьбу;
Берёмся мы судить злой случай,
Сколь наша совесть нас ни мучай...

Один американский гуру
Поведал (от ума иль сдуру)
В своём бестселлере историю одну,
Где был спецназ заброшен на войну…

В заданье их входил сей план:
Используя все средства и обман,
Им главаря повстанцев изловить,
Доставить в Штаты иль убить!

Уже готов спецназ: в засаде!
Но вдруг (о, ужас!) к их досаде
Три пастуха наткнулись на дозор,
Нарушив плана договор…

И начался в отряде спор:
Что нужно делать с этих пор?
Людей невинных отпустить
Иль долг велит их застрелить?

Поскольку мненья разделились,
Решенье принял командир:
«Пятнать не гоже нам мундир!
Освободить, чтоб удалились…»

Но не успело солнце закатиться,
Как им пришлось уже проститься.
Атака моджахедов удалась…
А главаря поимка сорвалась!

Не может гуру дать ответ!
Как надо было: расстрелять иль нет?
Всё просто, чтоб не знать вину,
Не надо было начинать войну!
Н.Р.  |  02 Февраль 2016 в 05:33
Непреходящая заслуга либерализма заключается в том, что он провозгласил абсолютную ценность человеческой личности и неотчуждаемые права и свободы человека (что, собственно, напрямую вытекает из христианства). Либерализм - это, прежде всего, уважение к свободе и самоопределению человека. Для либерала социализм приемлем только в том случае, если он создаст ещё более широкие возможности для самореализации человека, чем капитализм. Поэтому я бы не связывал либерализм обязательно с апологией свободного рынка и частной собственности. Некоторые западные либералы в своё время призывали даже освободить либерализм от капитализма.
Сергей Бахматов  |  02 Февраль 2016 в 06:07
Некоторые западные либералы, которые призывали освободить либерализм от капитализма, являлись настоящими либералами. Что касается рынка, то рыночная экономика является универсальным средством обеспечения экономической свободы в обществе, но при условии равных возможностей в реализации себя для всех индивидов. Равенство возможностей для всех заключается в отсутствии требования к наличию собственного капитала в профессиональной деятельности на любом уровне, а также в демократическом распределении всех должностей, исключающее назначения сверху. Существует весьма распространённое заблуждение, связывающее капитализм с рынком, а социализм с командно-административной системой экономики. Рыночная экономика существовала задолго до появления капитализма. По сути дела, с тех пор, когда в обществе произошло первое разделение труда и производители товаров стали обмениваться товарами на рынке. Сбалансированный рынок, когда спрос на любой товар или услугу выравнивается с его предложением на рынке, - идеальный инструмент для объективной оценки производимых благ, а значит, для распределения по труду, что является требованием справедливости и основной целью социализма. Следовательно, задачей социалистического государства будет являться не управление рынком, а поддержание его сбалансированности как саморазвивающейся сущности.
Н.Р.  |  02 Февраль 2016 в 09:00
К сожалению, социалисты 19-го века рассматривали рынок в ассоциативной связке с капитализмом. Они видели будущее общество как огромную единую общину с натуральной экономикой, без товарно-денежных отношений. В социалистических программах 19-го и начала 20-го века важнейшим требованием было обобществление и регулирование производства "в интересах всего общества" (см. работы той же Розы Люксембург). Если бы позитивные функции рынка были поняты ещё тогда, скольких трагедий удалось бы избежать!
Сергей Бахматов  |  02 Февраль 2016 в 09:24
Да, это было кардинальной ошибкой социалистов того времени, впрочем, как и насильственное преобразование общества. Всё вкупе привело к очередной трагедии, которой мы были свидетелями.
Н.Р.  |  02 Февраль 2016 в 11:36
Сама Люксембург ужаснулась тому, что происходило в 1918 году в России. И весьма проницательно заметила:
"С подавлением свободной политической жизни во всей стране, жизнь и в Советах неизбежно всё более и более замирает. Без свободных выборов, без неограниченной свободы печати и собраний, без свободной борьбы мнений, жизнь отмирает во всех общественных учреждениях, становится только подобием жизни, при котором только бюрократия остаётся действующим элементом". (Рукопись о русской революции).
Сергей Бахматов  |  02 Февраль 2016 в 13:20
У Люксембург тоже свои "тараканы в голове" имелись: экономический крах системы являлся для неё легитимацией восстания, а восстание, как известно, заканчивается диктатурой, то есть по большому счёту не отличается от насильственных преобразований. При этом большая часть общества будет не готова жить по-новому.
Правильное решение - эволюционный, а не революционный период, но это уже - воля политической элиты, которая должна сформироваться.
Н.Р.  |  02 Февраль 2016 в 14:52
Люксембург полагала, что диктатура пролетариата может иметь демократическую форму, насилие в ходе перестройки общества будет незначительным, а большая часть общества готова хоть завтра жить при социализме. Но в реальности это всё марксистский догматизм и утопизм. Лешек Колаковски верно заметил писал, что для взглядов Люксембург была характерна "крайняя догматическая жесткость". Она, конечно же, была революционеркой, и идеи её тоже были чреваты насилием. А вообще из всех марксистов самым здравомыслящим был Бернштейн.
Сергей Бахматов  |  02 Февраль 2016 в 15:16
На счёт Бернштейна я уже высказывался. Эволюционного переход от капитализма к социализму вовсе не означает, что можно сидеть на крыльце и ждать у "моря погоды", а именно это предлагал Бернштейн. Социализм вырастет из капитализма только в том случае, если будет происходить постепенная демократизация экономической жизни общества, то есть необходимо создание и развитие социалистического рыночного самоуправленческого уклада в экономике. Поскольку уклад рыночный, то он вполне может уживаться с другими укладами в условиях рынка. По мере его "взросления и возмужания" станут возможными политические реформы, которые станут адекватными экономическим реалиям.
Сергей Бахматов  |  02 Февраль 2016 в 15:20
Сори, ... эволюционный переход...
Н.Р.  |  02 Февраль 2016 в 15:31
Роза Люксембург полагала, что "правильная" диктатура пролетариата будет не диктатурой горстки революционеров (в духе Ленина - Троцкого), а диктатурой большинства, напором самих пролетарских масс. Но это ведь всё равно диктатура и насилие! И нам, буржуазным либералам, это очень не нравится.
Н.Р.  |  02 Февраль 2016 в 15:37
Марксисты конца 19 - начала 20 века слишком верили в государство. Чаще всего переходный к социалистическому обществу период им представлялся тем или иным вариантом государственного социализма. Об опасности этатизма стали задумываться скорее под влиянием советского опыта. Поэтому, я думаю, идея развития хозяйственного самоуправления не получила в то время развития. Самоуправление отодвигалось в светлое социалистическое будущее...
Сергей Бахматов  |  02 Февраль 2016 в 15:38
Чтобы диктатура никогда больше не повторилась, буржуазным либералам надо переделаться просто в либералов, обеспечив тем самым прогресс в историческом развитии общества:-))
Сергей Бахматов  |  02 Февраль 2016 в 16:00
Идея общенародной собственности, самоуправления, народовластия и т.д. естественным образом вытекает из обобществления труда как такового. Однако исторически сложилось так, что разные индивидуальные возможности в хозяйствовании привели сначала к справедливому неравенству индивидов, которое впоследствии трансформировалось в несправедливое неравенство в результате появления капитала (эксплуатации). В принципе, не хватало лишь организации (соответствующих институтов общества), чтобы пойти совсем по другому пути развития при обобществлении труда. Общественно-экономические формации Маркса - лишь отражение отсутствия такой организации, что можно считать субъективным фактором. Подтверждением этому может служить факт задержки следующей ОЭФ, с таким энтузиазмом предсказываемой Марксом почти 200 лет тому назад.
Н.Р.  |  05 Февраль 2016 в 10:50
Я нашёл у Розы Люксембург ещё одну интересную мысль. "Русский либерализм, - писала она в 1905 году,- "буржуазный" скорее в смысле непролетарский, был с давних пор и остаётся поныне выразителем не капиталистически-буржуазного развития, а скорее оппозиции", раздражённой "тупым хозяйничаньем бюрократии". (статья "Эпохальные события"). Сказанное ею более ста лет назад во многом остаётся верным и сегодня. Но в этой ситуации есть свои плюсы и свои минусы. Если бы русский либерализм имел прочную социальную опору (в лице мелких и средних предпринимателей, лиц свободных профессий и т. д.), он мог бы в большей степени влиять на ситуацию в стране. С другой стороны, оставаясь только интеллектуальным течением, без социальной базы, он может стать менее "буржуазным" и более идеалистическим, более озабоченным проблемами справедливости. Но зато он ни на что и не влияет.
Сергей Бахматов  |  05 Февраль 2016 в 12:57
Иногда можно услышать причудливую фразу "неолиберальная модель капитализма". Причудливость её состоит в том, что как будто имеется ещё его другая модель. Капитализм, основанный на частной собственности на средства производства и свободе предпринимательства, предполагает, что эта свобода имеется только для тех, кто эту собственность имеет, не правда ли? Общество - всего лишь среда обитания для них, приносящая прибыль. Поэтому буржуазные либералы все поголовно за концепцию "минимального государства", а тот минимум, который должен остаться, также должен работать только на обеспечение буржуазного права.
То есть позиция буржуазного либерала - личность первична, а общество, интересы которого в известной мере представляются государством, вторично и является чем-то второстепенным. Остальные могут вымирать, если не вписались в рынок. Тот факт, что человек может реализоваться как личность только в обществе, а это требует гармонизации отношений с ним, ими не принимается во внимание.
Неолиберальная модель поведения, по сути, не исключает, например, такой ситуации, когда все, кто страдает от неолиберальных ценностей в обществе, поступит по неолиберальному: соберут всех неолибералов до кучи и отправит их жить на необитаемом острове, дабы они в полной мере могли реализовать свои неолиберальные амбиции. Если уж неолиберализм, так неолиберализм! @(*!*)@

Сергей Бахматов  |  05 Февраль 2016 в 13:10
Являясь идеологией капитализма, неолиберализм очень точно выражается вариацией на тему: плевать мне хотелось на всех на вас, а вам на меня.
Н.Р.  |  05 Февраль 2016 в 14:08
к сожалению, благородная идея либерализма была искажена дважды. Во-первых, когда неолиберализм превратили в неолиберализм с теми последствиями, о которых Вы пишете. Во-вторых, когда неолиберализм был использован Гайдаром, Чубайсом и Со как идеологическое прикрытие превращения коммунистического правящего класса в класс номенклатурно-компрадорской буржуазии. Да, неолибералы не учитывают, что человек может реализоваться как личность только в обществе. Но вечная правда либерализма заключается в том, что каждый индивид самоценен сам по себе, а не потому, что он член какой-то общности.
Н.Р.  |  05 Февраль 2016 в 14:18
Бердяев писал: "Человек, человеческая личность есть верховная ценность, а не общности, не коллективные реальности, принадлежащие миру объектному, как общество, нация, государство..." Хотя он не считал себя либералом, в сущности - это глубоко либеральный подход.
Н.Р.  |  05 Февраль 2016 в 14:19
Пардон - когда либерализм превратили в неолиберализм
Сергей Бахматов  |  05 Февраль 2016 в 14:50
Цитата: "Но вечная правда либерализма заключается в том, что каждый индивид самоценен сам по себе, а не потому, что он член какой-то общности". Здесь ключевая фраза "каждый индивид", что означает имплементацию в обществе рыночного социализма, поскольку именно он обеспечивает возможность реализации себя в обществе каждому. При капитализме некоторые получает такую возможность, находясь ещё в утробе матери, а другие обречены (в силу своего социального происхождения) всю жизнь влачить жалкое существование, будь они хоть семь пядей во лбу.
Н.Р.  |  05 Февраль 2016 в 15:07
Англосаксонские либералы (Дж. С. Милль и др.) считали, что высшая цель государственной политики - максимально возможное благо максимально возможного числа людей. Я думаю, это вполне соответствует и принципам рыночного демократического социализма.
Сергей Бахматов  |  05 Февраль 2016 в 15:25
Я бы уточнил, что высшая цель государственной политики - дать возможность достижения максимального блага для всех, а уж как такой возможностью воспользуется индивид, зависит только от него самого.
Н.Р.  |  05 Февраль 2016 в 15:31
Индивид, с точки зрения теории естественного права, имеет прирождённые права на жизнь, свободу и стремление к счастью. А счастье каждый понимает по-своему, соответственно, каждый индивид сам выбирает, как к нему стремиться. То есть сам выбирает свой жизненный путь. Человек - кузнец и судья своего счастья, и он знает, что ему нужно, лучше любого правительства. Всё это - фундаментальные принципы классического либерализма. Но я полагаю, что и Вы, друг мой, их вполне разделяете.
Сергей Бахматов  |  05 Февраль 2016 в 15:42
Я их не только разделяю, но и стараюсь продвигать по мере своих возможностей. Главное, чтобы в стремлении к своему счастью, индивид не встречал искусственных помех и ограничений.


Имя
Email
Комментарий



В рубрике
ТЕОРИЯ ФОРМАЦИЙ МАРКСА И ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО КИТАЯ
МИРНОЕ УРЕГУЛИРОВАНИЕ КАК СРЕДСТВО СПАСЕНИЯ
МИСТЕР НЕТ
АНТИГЕРМАНСКАЯ ИГРА НА ГАЗОВОМ ПОЛЕ

Новости
12.11.2019 Боливарианский альянс для народов Америки считает переворотом отставку Моралеса
12.11.2019 67% россиян готовы голосовать на выборах ради изменений к лучшему - опрос
12.11.2019 Парламент Молдавии отправил в отставку правительство во главе с премьером Санду
12.11.2019 Моралес пообещал вернуться в Боливию
12.11.2019 Социалисты и левые в Испании согласились сформировать коалиционное правительство
11.11.2019 Испанские социалисты не будут создавать "большую коалицию" с Народной партией

Опрос
СЧИТАЕТЕ ЛИ ВЫ, ЧТО СЕСТРЫ ХАЧАТУРЯН ДОЛЖНЫ БЫТЬ ОПРАВДАНЫ?





Результаты прошедших опросов

2008-2019 © Журнал "СОЦИАЛИСТ". Вестник института "СПРАВЕДЛИВЫЙ МИР"