все поля обязательны для заполнения!


 
ИГРА НА ВЫБЫВАНИЕ
ШКОЛА ВЫЖИВАНИЯ ПРИ КАПИТАЛИЗМЕ
ЕКАТЕРИНА САЛЬНИКОВА
кандидат искусствоведения

Нынешний теле и киносезон окончательно закрепил в нашей популярной культуре специфическое явление – моду на образы социальной жестокости. Если все ведут себя вежливо, корректно, без рукоприкладства и ругательств, то вроде как не интересно. А главное – показанный мир недостаточно крут. Ну и сам проект, значит, тоже не ахти.
Самую громкую славу за последний период снискал сериал «Школа» Валерии Гай Германики на Первом канале. О чем он, если не вдаваться в подробности, и чем многих так задел? Это сериал о том, что школа – зона для несудимых, притом, как для взрослых, так и для несовершеннолетних. Школа – мир злых, примитивных, нечестных отношений. Каждому недостаточно агрессивному, физически слабому человеку там будет плохо или очень плохо.
Я не буду вдаваться в рассуждения о том, насколько данный образ адекватен реальности. У каждого свой опыт школьной жизни. Кто-то вспомнит хорошее, кто-то забыть не может кошмары. Свою английскую спецшколу города Москвы я не могу помянуть ни добрыми, ни особо злыми словами. Но, как ни странно, внешняя правдивость сериала – проблема не главная.

Искусство воздействует убедительностью и полноценностью авторского видения мира. Фильмы «А если это любовь?» или «Чучело» - по-своему тоже фильмы о жестокости школьного социума, агрессии коллектива по отношению к личности, к индивидуальным отношениям. Но они у меня не вызывают отторжения, и я не кричу «Не верю!», когда их смотрю.
А все дело в том, что в нашем высоком советском кино про школу честно и внятно заявлено авторское отношение к тому миру, который показан на экране. Это отношение резко критическое. В этом отношении есть не только уважение к отдельной личности, но и сострадание к ней. Иными словами, в обоих фильмах школьные конфликты показаны как трагедия становящихся личностей и катастрофа микросоциума. «Так есть, но так не должно быть», - словно говорят Юлий Райзман и Ролан Быков.
Они создают киноповествование, от которого трудно оторваться, - хотя созерцание картины мира, выстроенной в фильмах, не может приносить никакого удовольствия, скорее, тоже страдания.
Именно внятной критической позиции не чувствуется в режиссерском почерке Гай Германики. Она вроде бы акцентирует ужасы школьного житья-бытья – но вроде бы и сама радуется, что они существуют. А иначе из чего делать крутой проект? Чем эпатировать? С чем выходить на Первый канал и получать высокий рейтинг? Демонстрации жестокости и антиэстетизма в сериале хоть отбавляй – некрасивыми сверхкрупными планами, деформирующими внешность вещей и людей, работает режиссер.
А вот сострадания к жертвам этой школьной «зоны» что-то не чувствуется. Любви автора-создателя к своим героям тоже нет и в помине. Режиссер глядит на происходящее в сериале почти с брезгливостью. В результате «Школа» не несет в себе никаких иных позиций, отличных от жестокости изображенных нравов.
Многие люди, возмущенно восклицавшие, что сериал содержит неправду о школе, хотят на самом деле совсем не сладкого и умильного образа «страны знаний». Они хотят, чтобы школьников, родителей и учителей показывали с уважением, а не как пожирающих друг друга безмозглых насекомых, запертых в банке и с улюлюканьем наблюдаемых через стеклянные стенки.

Некоторым может показаться, что «Школа» - это радикальная альтернатива массовой культуре. Ведь массовая культура – это сплошной глянец, искусственная красивость. А у Гай Германики столько уродливого, некрасивого и отталкивающего в кадре. Но на самом деле никакие внешние параметры видеоряда еще не транслируют какого-либо определенного содержания. Внешние параметры работают только в соотношении со смысловым полем, с общими установками создателей культурного продукта.
Массовая культура отличается от так называемого «высокого искусства» тем, что ищет в любом материале повода к оптимизму или к выработке адреналина. Высокое искусство организовано стремлением постичь суть явлений, а не просто обалдевать от восторга, зависти и ужаса, не просто спасаться острыми ощущениями от скуки рутинных будней. Если рассматривать «Школу» в контексте подобных различий, то это вопиюще массовое искусство в самых дурных его проявлениях. Это сериал, который упрощает образ мира, а не показывает его более сложным, чем видится нетворческим взором. Это сериал, который не способствует постижению реального состояния нашего социума и нашей психики. Это сериал, который дает поужасаться и поморщиться, чтобы было менее скучно жить тем, чья жизнь скудна переживаниями и событиями, кто не привык к внутренней духовной работе. Жестокость здесь – метод выработки адреналина.
Но если бы «Школа» была редким исключением из общего ряда, дела не были бы столь плохи. Однако «Школа» - лишь радикальный пример среди прочих, менее отчаянных. Посмотрите реалити-проект того же Первого канала «Жестокие игры», где жестокость вынесена в название и всячески превозносится создателями шоу. Правда, жестокость тут прежде всего физическая. Таких мучительных, сложных и отвратительных соревнований у нас на ТВ давно уже не было. Но так ведь без ужасов выживания не интересно.
Можно наугад смотреть любую программу. Во многих телепроектах главное условие – почаще говорить друг другу гадости, почаще стараться уязвить, уколоть. В моду входят публичные нелицеприятные обсуждения личных и даже интимных отношений – от «Давай поженимся!» на Первом и до «Будь по-твоему» на «5 канале».
И даже если все мило друг другу улыбаются, самым кульминационным моментом становится изгнание очередных менее удачных игроков. И в «Кто хочет стать миллионером», и в «Кто хочет стать Максимом Галкиным», и в танцевально-ледовых шоу обоих главных каналов, главный мотив – социум и работа есть игра на выбывание. Кто-то обязательно должен стать лишним.


Мотив лишних людей, сквозной для нашего великого искусства XIX века, сегодня оборачивается ироническим парадоксом.

Художники позапрошлого столетия сокрушались, что неординарные одиночки часто не у дел, «лишние» в родном социуме. Сегодня, похоже, лишним является большинство. Всякий человек, не выполняющий необходимых функций в какой-либо монополии, в какой-либо сильной корпорации, является претендентом на выбывание, невостребованность, люмпенизацию. Население – оно вообще лишнее, с ним одна возня. То места ему рабочие создавай. То малоимущих субсидируй. То старых, малых и больных спасай от голодной смерти.
Социальная конкуренция в самых жестоких формах косвенно пропагандируется на ТВ как необходимый естественный отбор, как единственно правильная форма упорядочивания любого сообщества.

Даже продукция для детской аудитории не чужда этого мотива.
Возьмем анимационный полнометражный фильм «Звездные собаки: Белка и Стрелка» (режиссеры Святослав Ушаков, Инна Евланникова). Он хотя и посвящен важной вехе в истории отечественной космонавтики, но все-таки рассчитан на детей. И по стилю анимационного видеоряда, и по элементарному сюжету это никак не полноценное взрослое кино. Что же происходит в этом «мультике»?
Цирковая собака Белка, перепутав кнопки управления моделью ракеты, вылетает из-под купола цирка, летит по городу и приземляется в какой-то неизвестной песочнице, где и знакомится с бездомной собакой Стрелкой и ее приятелем крысой по имени Веня.
Им даже некогда вволю поконфликтовать, потому что тут же начинается облава на бездомных собак и крыс. Страшного вида дядька с сеткой выходит из еще более устрашающей машины и производит отлов. Наша троица спасается, как может, однако дядька оказывается сильнее и хитрее. В результате всех троих швыряют в жуткий товарный вагон и куда-то везут вместе с другими такими же бедолагами. Они – вроде как арестанты и едут вроде как на каторгу, в концлагерь или еще в какое-то иное гиблое место. Полное бесправие и социальное бессилие главных персонажей всячески акцентируется.
Если не знать истории космонавтики, то ни за что не догадаешься, что везут собак не на живодерню, не на верную погибель ради каких-либо гнусных целей, а везут их в городок космонавтов. И везут, чтобы тренировать, а не чтобы истязать и убивать. Впрочем, опять же мультик плотоядно подчеркивает, что тренировки сродни пыткам. Тренер собак – пес Казбек (смачно озвученный Сергеем Гармашем) обращается с ними агрессивно, грубо, безжалостно. Любимая поговорка: «Все, что не убивает, то закаляет». Собак тренируют до полусмерти. Либо они выдержат перегрузки и адаптируются – либо нет, и тогда они никому не нужны. Подохнут – туда им и дорога.
В связи с этим напрашивается и ответ на вопрос, почему, собственно, именно бездомных собак отлавливали для научного эксперимента? Не только потому, что они самые выносливые, но и потому, что за них не надо ни перед кем отвечать. Живое существо – лишь сырье, чья жизнь не представляет для государства никакой ценности.
А между тем речь идет об участии четвероногих животных в миссии чрезвычайной научной и государственной важности. Это миссия серьезна и почетна – быть первыми космонавтами. Однако персонажам не дают ни ощутить этой почетности, ни, главное, признать, что даже потенциальное участие в данной миссии предполагает уважение и самоуважение. Получается, что к полету в космос готовят примерно так, как готовили бы к забрасыванию в тыл какой-нибудь волчьей стаи. Чем выше миссия, тем более жестоки нравы. И это не случайная или досадная жестокость, но идеологически поощряемая. Только так можно кого-то к чему-то приготовить.

И всё это не критика советских нравов, но милый мультик про нашу крутую и клеевую космическую отрасль.
А между тем эту концепцию воспринимает детская аудитория. И у нормального ребенка, растущего в нормальной социальной среде, не может не возникнуть где-то в подкорке странного ощущения. Ведь космос – это здорово! Так почему же к полету в космос надо готовить так бесчеловечно, с таким неуважением и почти ненавистью к тем, кто проходит подготовку? Космос – это ведь предмет научного изучения. Так почему тем, посредством кого будут изучать космос, надо на каждом шагу хамить, подчеркивая их социальное ничтожество?
Но далеко не всякий ребенок может сам сформулировать, в чем тут расхождение, в чем «ножницы». Ребенок зафиксирует в подсознании, что фильм – то есть, взрослый мир, который этот фильм создал, - выдает эти «ножницы» за естественный принцип успешной работы с людьми, с «персоналом», с сотрудниками. То, что речь формально идет о собаках, само собой, лишь условность.

Как в обществе относятся к собакам, так и к людям. Верно, впрочем, если произнести эту максиму наоборот. «Звездные собаки…» похожи на «В круге первом» для малышей.
Отказавшись от советского уклада, мы упираемся в ту же неразрешимую проблему, которую часто всецело ассоциировали именно с социализмом и советским миропониманием, - а именно, неуважение и нелюбовь к людям, к рядовым и выдающимся. И пока отношение к людям в России не переменится, пока не изменятся идеалы социальных нравов, транслируемые популярной культурой, у нас не будет никакой «новой России», никакой модернизации и никакого реального содержательного прогресса.

26 Апрель 2010

Комментарии
boris_andreev50  |  27 Апрель 2010 в 07:39
автор слишком загибает палку говоря о нелюбви к рядовым и выдающимся в советском обществе,видимо почерпнув сведения из "демократических" источников,т.к проживший в Союзе не стал бы писать подобным образом.Или "выдающими" считает не тех,кто много сил отдал стране,а тех диссидентов,которые умели только писать и обливать помоями тех,кто был с ними не согласен.


Имя
Email
Комментарий



В рубрике
ТЕОРИЯ ФОРМАЦИЙ МАРКСА И ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО КИТАЯ
МИРНОЕ УРЕГУЛИРОВАНИЕ КАК СРЕДСТВО СПАСЕНИЯ
МИСТЕР НЕТ
АНТИГЕРМАНСКАЯ ИГРА НА ГАЗОВОМ ПОЛЕ

Новости
22.10.2019 Росстат сообщил о росте доли семей со средствами только на одежду и еду
22.10.2019 В Боливии начались беспорядки из-за подсчета голосов на президентских выборах
22.10.2019 Трюдо после победы партии на выборах пообещал сделать жизнь более доступной
22.10.2019 Трамп назвал попытки объявить ему импичмент линчеванием
21.10.2019 Amnesty International призвала Россию ослабить давление на правозащитников
21.10.2019 Президент Чили сравнил антиправительственные протесты в стране с войной

Опрос
СЧИТАЕТЕ ЛИ ВЫ, ЧТО СЕСТРЫ ХАЧАТУРЯН ДОЛЖНЫ БЫТЬ ОПРАВДАНЫ?





Результаты прошедших опросов

2008-2019 © Журнал "СОЦИАЛИСТ". Вестник института "СПРАВЕДЛИВЫЙ МИР"