все поля обязательны для заполнения!


 
ИГРЫ РАЗУМА
ХЕЛЬМУТ КЕЛЛЕРСХОН
Сотрудник Дуйсбургского института лингвистики и социальных исследований.

В центре дискурса младоконсерваторов1 о России находится не Россия, а Германия. Все разглагольствования о российских интересах призваны найти пути и возможности для Германии реализовать свои национальные интересы в Европе в противовес сверхдержаве США. И всё восхищение последним «метафизиком» среди политических лидеров Европы, т.е. Владимиром Путиным, – не что иное, как ожидаемое подтверждение того, что желаемая здесь «культурная революция справа» не является чистой фикцией, – в России она уже почти стала реальностью: итак, это использование российской модели как импульса для трансформации положения Германии.

 В последующих высказываниях акцент делается, прежде всего, на геополитических моделях, аргументированных младоконсервативными новыми правыми в еженедельнике «Юнге Фрайхайт» (нем. Junge Freiheit – «Молодая Свобода» – прим. переводчика) и теоретическом печатном органе «Сецессион», издаваемом Институтом государственной политики. Также рассмотрим «Тезисный документ по внешней политике», составленный заместителем представителя партии «Альтернатива для Германии» (сокр. «АдГ», нем. Alternative für Deutschland, AfD – консервативная и евроскептическая политическая партия в Германии, основанная 6 февраля 2013 г. – прим. переводчика) в сентябре 2013 г., который можно прочесть в качестве популярного введения в соответствующий дискурс. Политической родиной Александра Гаулянда первоначально было так называемое «крыло стального шлема» партии «Христианско-демократический союз», но у него были и хорошие контакты в кругу Каспара фон Шренка-Нотцинга (1927 – 2009 гг.) и Армина Молера (1920 – 2003 гг.), он писал для их журнала «Критикон», в чьей традиции видят себя «Юнге Фрайхайт» и «Сецессион». С 2006 г. он с нерегулярными перерывами публикуется в еженедельнике и дает ему интервью. Из этого можно сделать вывод, что Гаулянд мало опасается контактов с младоконсервативными новыми правыми. <…>


Против доминирования США

Особое внимание заместитель представителя «АдГ» уделяет отношениям с Россией, которая, по его словам, играла большую роль в истории Германии и Пруссии, неоднократно «спасала от гибели» Пруссию (в Семилетней войне и войне против Наполеона). Объединение страны Бисмарком, как и воссоединение Германии было немыслимо без содействия России/СССР. На этом историческом фоне сегодняшние отношения с Россией требуют «тщательной заботы». Однако не только для Германии, но и для всей Европы Гаулянд выдвигает следующий постулат: «Германия и Европа не заинтересованы в дальнейшем ослаблении России и, таким образом, всего Евро-Азиатского пространства». Поэтому постоянное сближение (европейских) стран-правопреемниц бывшего Советского Союза с ЕС должно проводиться «с крайней осторожностью», с соблюдением деликатности в отношении России.

 Наконец, Украина со «святым Киевом» является «заповедной территорией для России», и её отделение сравнимо разве что с отделением «Аахена или Кёльна от Германии». И Гаулянд подчеркивает право на самоопределение «народов и наций, входивших ранее в Российскую империю [!]», это право, по его словам, должно однако действовать и в том случае, если «Украина и Беларусь захотят вернуться в российскую орбиту». Он напоминает также о том, что российская сторона «часто реагируют на предложения Запада, агрессивно защищаясь», поскольку справедливо сомневается в «ценности обещаний Запада». Гаулянд в этом контексте обращает внимание на расширение НАТО «за границы реки Одер».

 Учет российских интересов окончательно приводит политика «АдГ» к Бисмарку. «Элементы» его «политики перестраховки по отношению к России» необходимо «соблюдать» и в изменившихся исторических условиях – совет, с которым Гаулянд обращается к внешней политике не только Германии, но и прочих европейских стран. То, что в этом проглядывает «антипольское острие», он отрицает. В конце концов, утверждает он, Польша интегрирована в ЕС и НАТО и в настоящее время тесно связана с Германией.

 Это что касается программного документа Гаулянда. В сентябре 2014 г. еженедельник «Юнге Фрайхайт» пригласил его на дискуссию с Берндом Луке. Поводом стало голосование делегатов «АдГ» в Европарламенте по вопросу о санкциях против России, отклоняющееся от решения партийного съезда. В этой беседе Гаулянд уточнил свой программный документ по двум пунктам. Во-первых, он указал на относительность упомянутого там права на самоопределение. Обращалась в адрес Украины, это означает: «Есть ещё правила, которые означают, что нужно разумно вести себя по отношению к большому соседу (...).» Украина «упустила» из вида, что расширение НАТО и ЕС (путем соглашения об ассоциации с Киевом) было воспринято российской стороной как провокация и «смещение равновесия». Во-вторых, своё предостережение от ослабления России Гаулянд оправдывал «основным ощущением» в партии, «которое хочет уйти от сильного американского доминирования», что означает на простом языке: «ослабление России в интересах США, но не Германии.

 «Внешняя политика ФРГ», – продолжает Гаулянд, - «оставляет впечатление недостаточной независимости (от США). Однако сейчас должен проявиться суверенитет при принятии значимых решений». И опять, на простом языке: «Суверенная внешняя политика Германии должна одержать верх над доминированием США». «И для этого» – резюмировал Гаулянд, «российский вопрос, по сути, символичен». Луке не согласился с первым уточнением (политическая мудрость против права на самоопределение). Со вторым уточнением, напротив, согласился, правда с оговоркой, что «сплоченность Германии с Западом одобряет большинство партии «АдГ», что, однако, не подвергал сомнению в своих тезисах Гаулянд. 

 

Многополярность вместо однополярности

На фоне разговоров о «голых геополитических интересах» (Дитер Штайн) становится понятно, почему младоконсервативные авторы, по сути, оправдывают российские действия в Крыму. «При «возвращении» (!) Крыма», – пишет Паулвитц, – «речь не о малом территориальном приобретении или этнически мотивированной политики возвращения домой, а о защите геостратегических позиций. База НАТО в Крыму и потеря морского превосходства в Черном море стало бы для России тем же, чем для США успешное размещение советских ракет на Кубе». «Этого Путин, если он хочет защитить интересы России, никогда не допустит» (Хитц).

 Тут вступает в игру еще один геополитический мыслитель, Карл Шмитт, чья концепция большого пространства, по словам Паулвитца, привязана к «первоначальному смыслу» доктрины Монро от 1823 г. («Америка для американцев») и выражает в соответствующей сфере «запрет на вмешательство» для «сил из чужого пространства». В этом смысле, как он утверждает, действия России, а также проект «Евразийского союза» под ее руководством являются выражением «многополярного контрпроекта в отношении англо-американской претензии на господство». С этим связана уверенность, что «структура мира в 21-м веке многополярна» (Паульвитц), а не однополярна.

 Тем не менее, сочувствие российской стороне остается в определенных рамках даже при очевидных симпатиях к Путину, этому «последнему европейскому политику, который открыто стремится к воссоединению метафизики и политики» (Хинц). Россия, по словам Паулвитца, является не «империей зла» или более выгодным гегемоном, а неким «козырем», с помощью которого европейские государства – «лучше всего вместе» – могут выиграть (Хинц). Выражаясь проще, интересы европейских государств и, в частности, Германии, требуют, имея за спиной сильную Россию, «сбалансировать американское превосходство» и в так называемом «Евразийском сотрудничестве нейтрализовать американское давление». Больше суверенитета на периферии – таков девиз.

 Напротив, это означает, что следует хоть и уважать интересы России, но не делать слишком много уступок. На горизонте здесь, как и у Гаулянда, появляется концепция сбалансированной политики а-ля Бисмарк, согласно которой Европе и Германии следует использовать противоречия между полюсами: США и Россия, – для выстраивания собственной независимости и суверенитета. Тем не менее, – и в этом трудность данной ситуации, – внутри этого треугольника существует дисбаланс силы в пользу США, что на данный момент вынуждены признать и теоретики-младоконсерваторы.

 Отсюда вытекает задача, решение которой сравнимо с квадратурой круга: с одной стороны государства в ренационализированной Европе (по Хинцу: «Европейский Союз свободных народов») должны звучать в унисон; тогда они должны обеспечить «восточным европейцам защиту от российского давления», то есть гарантировать их суверенитет (включая Украину), тем самым сделав «излишними их особые отношения с США». В то же время европейские государства должны уважать интересы России (например, отсутствие дальнейшего расширения НАТО). С другой стороны, им необходимо избегать всего, «что создавало бы впечатление враждебного США силового блока «центра-периферии» и активизировало американский потенциал», тем более что с США необходимы хорошие взаимоотношения, например, для обеспечения безопасности международных торговых путей.


Центральная Европа!

Проигрывание геополитических ситуаций, которым здесь занимается Хинц, отсылает обратно к роли Германии в «Европе государств-отечеств» или «свободных народов». Возникает вопрос о том, как могло бы выглядеть соотношение Германии как «экономически доминирующей средней державы Европы» и других европейских стран в условиях ренационализированной Европы. Какое дополнительное политическое преимущество может дать такая ренационализация применительно к тому полугосподствующему положению, что уже занимает Германия? К чему все усилия, если в этом ничего не изменится? И как можно гарантировать то, что в этой новой Европе государства или народы будут звучать в унисон? Перед младоконсерваторами теперь стоит проблема, которую они решают сравнительно условно, прибегая к традиционному направлению удара во внешней политике Германии, имя которому – Бисмарк.

 После того как на Берлинском конгрессе были урезаны позиционные успехи России на Балканах и российский император царь пожаловался на это Бисмарку в письме-пощечине, старый канцлер был вынужден пересмотреть свою идеальную концепцию «Киссингенского документа» (нем. Kissinger Diktat – дипломатический документ, продиктованный канцлером Отто фон Бисмарком 15 июня 1877 г. в г. Бад Киссинген, посвященный балканскому кризису 1875-1878 гг. и содержащий важные основы внешнеполитической концепции канцлера – прим. переводчика). В 1879 г. был заключен Двойственный союз с Австро-Венгрией, и акцент, таким образом, сместился на центрально-европейский альянс, вокруг которого Бисмарк затем выстраивал свою конструкцию коалиций (включая знаменитый договор перестраховки, известный как вершина дипломатии). Волшебное словосочетание «Центральная Европа» с тех пор господствовало во внешнеполитических дебатах Германии (наряду с пропагандой необходимости колоний, а затем и «жизненного пространства на Востоке»).

 Впоследствии в 1980-х гг., на фоне так называемого воссоединения Германии, идея Центральной Европы становится популярной у новых правых, и потому не удивительно, что Торстен Хинц в одной из статей для журнала «Сецессион» повторно к ней обращается. Особым сторонником идеи Центральной Европы является, конечно же, автор еженедельника «Юнге Фрайхайт» Карлхайнц Вайсманн, который формулирует ее с явным антифранцузским и антироссийским акцентом и потому невысоко ценит идею оси Париж – Берлин – Москва, которую привнес французский теоретик новых правых Ален де Бенуа. Вайсманн выступает за пространство от Скандинавии до Сицилии под германским руководством. Центральная Европа, как он считает, означает союз участников с тесным политическим и военным сотрудничеством, основанный на замкнутом торговом государстве, которое распространяет свое влияние на всю Европу и закрывается от иммиграции, а также, в виду отсутствия иной альтернативы, признает верховенство США.

 Торстен Хинц, напротив, ссылается на военный труд «Центральная Европа» от 1915 г., написанный Фридрихом Науманном (1860-1919 гг.). Тот, по словам Хинца, уже тогда имел «представление о многополярном мире крупных территорий», а Германию поместил «в центре центрально-европейского союза государств». В отличие от Вайсманна, он выступает за то, чтобы «континентальная руководящая сила» Германии выстраивала партнерские отношения с Францией и Польшей, а также, по уже упомянутым причинам, хорошо относилась к России и имела «наилучшие отношения» с США. Идею евразийского блока под руководством Москвы в том виде, как ее отстаивает российский правый Александр Дугин, Хинц логично отвергает.

 В сложившихся условиях всё это – лишь игры разума. Тем не менее, они демонстрируют то направление немецкой внешней политики, которой отдают предпочтение молодые консервативные теоретики, а именно: поставить Германию на позицию «континентальной державы» и гаранта общеевропейской «воли к власти». Речь идет о возобновлении действий, с которыми эта страна в 20-м веке уже дважды потерпела крах. Хинц сожалеет, что для этого в Германии нет прежних политических элит. 

 

 

Цитируемые источники:

Баргацки, Томас: Россия и «западные ценности». «Сецессион» 59/2014, 24 ф.
Гаулянд Александр: Что такое консерватизм? Франкфурт / М. 1991.
Гаулянд Александр: «Тезисный документ по внешней политике» (05.09.2013): www.alternativefuer.de/thesenpapier-aussenpolitik/ .
Гаулянд, Александр / Луке, Бернд: «Мы не единая партия». «Юнге Фрайхайт» 38/2014
Хинц, Торстен: Закончить холодную войну, в: «Юнге Фрайхайт» 04/2014
Хинц, Торстен: Нейтрализовать давление. Геополитика США и Россия. «Юнге Фрайхайт» 13/2014
Хинц, Торстен: Центральная Европа как вариант. «Сецессион» 65/2015, 16-19
Паулвитц, Михаэль: Позиции и понятия в украинском конфликте. «Сецессион» 60/2014, 2 ф.
Паулвитц, Михаэль: География – это судьба. «Юнге Фрайхайт» 38/2014
Штайн, Дитер: Поддерживать баланс. «Юнге Фрайхайт» 12/2014
Вайсманн, Карлхайнц: Приходит наше время, Шнелльрода 2006

 

 

 


Источник: «Юнге Вельт», https://www.jungewelt.de/2015/06-15/001.php
Перевел с немецкого: Александр Ананьев


1 Данное политическое и идеологическое течение придерживается антидемократических, антилиберальных и антиэгалитарных позиций, сформулированных в Веймарской республике, в отличие от традиционного консерватизма национальной народной партии Германии. Отличие выражается в названии «младоконсерваторы», которое в дальнейшем должно использоваться как политическое определение также и для части сегодняшних новых правых – прим. редакции.

04 Август 2015

Комментарии


Имя
Email
Комментарий



В рубрике
ПРОБРЮССЕЛЬСКОЕ БОЛЬШИНСТВО УТРАТИЛО ЧИСЛЕННОЕ ПРЕИМУЩЕСТВО В ЕВРОПАРЛАМЕНТЕ
КТО НУЖЕН НОВОМУ ПРЕЗИДЕНТУ?
ПРИВЕДЕТ ЛИ КАПИТАЛИЗМ К КЛИМАТИЧЕСКОЙ КАТАСТРОФЕ?
СМОЖЕТ ЛИ ТРАМП ВЕРНУТЬ ДОВЕРИЕ РОССИИ?

Новости
18.06.2019 Руководство фракцией социал-демократов в ЕП перешло к Испании
18.06.2019 ООН: Население планеты за 30 лет увеличится на 2 млрд человек
18.06.2019 Кудрин обеспокоен возможностью социального взрыва из-за падения уровня жизни
18.06.2019 Рекордное число россиян считает службу в армии обязательной для мужчины - опрос
17.06.2019 Датские социал-демократы перестали требовать запретить "Северный поток - 2"
17.06.2019 Миллионные протесты прошли в Гонконге

Опрос
КАК ВЫ ОТНОСИТЕСЬ К ПОВЫШЕНИЮ ПЕНСИОННОГО ВОЗРАСТА?





Результаты прошедших опросов

2008-2019 © Журнал "СОЦИАЛИСТ". Вестник института "СПРАВЕДЛИВЫЙ МИР"