все поля обязательны для заполнения!


 
СТАЛИНСКИЙ УДАР
ДМИТРИЙ ГАЛКИН
редактор отдела политики, политический аналитик

В области социальной теории нет ничего опаснее устоявшихся формул, повторение которых в современной России фактически заменило и экспертную оценку, и общественную дискуссию. Эта привычка настолько укоренилась, что даже явное приближение нового витка системного кризиса не повысило интерес к аналитической деятельности. По-прежнему наибольшим спросом пользуются ее суррогаты вроде изобретения лишенных реального содержания словосочетаний, которые можно на разные лады толковать и разъяснять.

Стремление элитных группировок спрятаться от действительности за «суверенными демократиями», «консервативными модернизациями» и прочими бессмысленными формулами, вызывает даже некоторое сочувствие. Что им ещё остаётся делать, бедным? Их поведение обусловлено необходимостью демонстрировать, что их не устраивает нынешняя социально-политическая система, обеспечившая их господство. Изображать любовь к прогрессивным изменениям они обязаны, поскольку выгодная им система представляет смертельную опасность для всего остального общества. Понятно, что в ситуации социального развала, неизбежного в случае продолжения нынешнего курса, погибнет и подготовившая катастрофу олигархическая верхушка вместе с обслуживающей ее бюрократией. Подобная перспектива вызывает естественное беспокойство у руководства страны, которое, судя по всему, мечтает повернуть вспять (или хотя бы приостановить) разрушительные процессы, идущие в российском обществе. Однако российская олигархия ясно показала, что не собирается поступаться собственными интересами и не будет ничего делать для спасения страны даже под угрозой гибели (дело не только в безответственности и алчности олигархических группировок, но и в острых взаимных противоречиях, существующих между ними, исключающих даже теоретическую возможность солидарных действий). Но государственное руководство не может опереться на какие-нибудь другие социальные слои, помимо владельцев и руководителей банков и корпораций, высшей бюрократии и лиц, занятых обслуживанием власти и связанных с ней экономических структур. Потому что для того, чтобы власть могла взаимодействовать с большинством общества (а не манипулировать общественным мнением) требуется учитывать его интересы при выработке государственного курса. А это предполагает радикальное изменение политической системы.

Тяжелое положение политической и экономической элиты, оказавшейся в историческом тупике и загнавшем в него российское общество, вовсе не является залогом появления у левых сколько-нибудь привлекательных исторических перспектив. Нынешние элиты могут уйти с исторической сцены (причем произойдет это, скорее всего, уже в обозримом будущем), страна при этом может даже сохранить территориальное единство и государственный суверенитет, а левые так и останутся идеологическим течением, не способным серьезно влиять на ход общественного развития. Не говоря уже о том, что на смену нынешней правящей верхушки может прийти что-то еще более мерзкое (в нынешней ситуации появилась возможность реализации самых неожиданных сценариев). А социальный хаос, от которого мы вовсе не застрахованы, заставит российское общество думать о выживании. И тут уже будет не до социалистических преобразований.

Нужно признаться честно, левые пока так и не предложили сколько-нибудь реалистический выход из системного кризиса, в котором вот уже три десятилетия пребывает наша страна. По-прежнему, нет ответа на два самых главных вопроса. Где взять ресурсы для модернизации промышленности, сельского хозяйства и социальной сферы? Без модернизации наша страна неминуемо утратит перспективы самостоятельного развития, а российский социум скатится к архаичным формам организации общественной и государственной жизни. Необходимость модернизации ясна, а вот, как и за счет чего проводить ее, непонятно. Но самое страшное, что у нас нет даже намека на разрешение второго главного вопроса. Как сочетать радикальное изменение экономической структуры и быстрый социальный прогресс, требующие напряжения всех общественных сил для достижения стратегической цели, с демократическими институтами, правом на публичную критику действий власти и свободой художественного творчества?

Единственный опыт преодоления системного кризиса, на который мы можем опереться, связан с событиями конца 20-х - середины 30-х годов, когда за короткий срок была осуществлена индустриализация, поставлено под контроль государства сельскохозяйственное производство и началось создание советской научной школы. Вот почему для нас огромную важность представляет анализ социально-экономических, политических и культурных процессов, определявших облик той эпохи и их изучение с точки зрения задач сегодняшнего дня. Поиск исторической истины следует оставить историкам, а этические оценки – специалистам по общественной морали. Нам необходимо выйти за пределы описания, пусть даже самого детального, событий и явлений того времени. Нам нужно понять, как получилось, что в результате успешных социально-экономических преобразований в стране сложилась бюрократическая диктатура, сперва затормозившая социалистическое строительство, а через несколько десятилетий и вовсе его свернувшая ради реставрации капитализма.

Вряд ли можно всерьез возражать против того, что сталинские преобразования, если руководствоваться формальными показателями, выглядят чрезвычайно успешными. Цифры, характеризующие рост промышленного производства, темпы создания новых предприятий и целых отраслей промышленности, производят огромное впечатление. Очевидно, что к началу Второй мировой войны СССР удалось выйти на новый уровень индустриального и научно-технического развития, преодолеть системный кризис, угрожавший стране деградацией, распадом и превращением в часть мировой периферии (этот процесс был практически завершен к моменту вступления России в Первую мировую). Однако за преодоление цивилизационного кризиса «сталинскими» методами пришлось заплатить созданием крайне неустойчивого политического строя, способного сдерживать социальное недовольство только при помощи чрезвычайных мер, а потому непригодного для развития социалистической идеологии и утверждения в общественном сознании ее принципов.

Дело не только в установлении бюрократической диктатуры. Господство бюрократии представляется практически неизбежным при любых крупных социальных преобразованиях, планомерно осуществляемых властью. Конечно, ситуация в обществе была бы совершенно иной, если бы бюрократический аппарат был бы поставлена под контроль рабочего и местного самоуправления, профсоюзных организаций, идеологических структур и средств массовой информации. Однако сталинский режим был вынужден предоставить бюрократии всю полноту власти, поскольку это был единственный социальный слой, на который он мог опереться. В похожей ситуации оказалась и нынешняя правящая верхушка, которая проводит государственный курс, который весьма условно можно было бы назвать «сталинизмом без социалистического строительства» (отсюда, на мой взгляд, и абсурдная привязанность к Сталину со стороны части обслуги нынешнего режима, дошедшей до идиотических восхвалений вроде «эффективного менеджера»). Вплоть до конца 80-х бюрократия должна была демонстрировать лояльность, рапортуя о росте промышленного и сельскохозяйственного производства, увеличении объемов строительства и повышении уровня жизни трудящихся (в результате идеологических и политических последствий «сталинской» модернизации социалистическое развитие стало восприниматься исключительно как рост количественных показателей).
Теперь же чиновники демонстрируют лояльность, создавая условия для обогащения финансовой и корпоративной верхушки, в качестве благодарности получив возможность участвовать в этом процессе. Но предложить обществу какие-то стратегические цели и ориентиры бюрократия не может. За нее это должен сделать кто-то другой.

С конца 20-х годов и вплоть до 1953 года этим занимался верный ученик Ленина и вождь народов.
Сталинский режим смог сформироваться только потому, что глава государства объявил себя главным теоретиком социализма, гениальным стратегом и борцом за счастье советских людей, предупредив при помощи пропагандистских и репрессивных методов возможные возражения. Поэтому рядовому гражданину СССР казалось, что Сталин единолично определяет направление национального развития и цели социалистического строительства, опираясь исключительно на свой гений. Похожий оптический обман, кстати говоря, некоторое время назад определял и сознание беднейших слоев российского общества, грезивших о разнообразных благах, которые должны были стать реальностью благодаря воле и мудрости предыдущего президента. И если бы миф о всеведущем и всемогущем вожде, лучше других понимающих, как надо строить социализм, не утвердился, то к концу 30-х годов руководство страны оказалось бы примерно в такой же ситуации, как и нынешняя российская власть. И, скорее всего, распад государства означал бы и разрушение социалистического строя, которое в ситуации 30-х годов вполне могло дополниться внешним завоеванием и уничтожением русской культуры.

Правда, для того, чтобы утвердить миф о собственном могуществе и получить монополию на определение государственного курса Сталину пришлось развязать гражданскую войну. Как известно, на окраинах страны дело дошло даже до восстаний, продолжавшихся вплоть до 40-го года, которые приходилось подавлять при помощи воинских частей. Ускоренная индустриализация создала массу социальных проблем и вызвала дефицит продовольствия. Попытка обеспечить продуктами благодаря сплошной коллективизации только ухудшила ситуацию, а сопротивление крестьянства поставило советскую экономику на грань катастрофы.

Недовольство государственным курсом привело к распространению протестных настроений, но Сталину удалось предотвратить возникновение открытого социального конфликта, начав своеобразную превентивную гражданскую войну, которую удалось втиснуть в правовые рамки и придать ей форму массовых репрессий. За это пришлось заплатить фактическим разрушением правовой системы, которую так и не удалось восстановить вплоть до конца советской эпохи, и утверждением в обществе пренебрежительного отношения к принципам права.

Конечно, можно сказать, что по сравнению с 80-ми годами ситуация в этой сфере заметно ухудшилась. Но наша задача состоит не в том, чтобы утешать себя перечислением преимуществ социализма перед периферийным капитализмом (это не так уже и сложно), а чтобы перейти к построению социалистического общества, которое могло бы развиваться, не прибегая к репрессивным методам, не ограничивая свободу слова и не отказываясь от политической конкуренции. В противном случае, как мы можем убедиться на собственном горьком опыте, социалистический проект ждет поражение.

Нам нужно перестать прятаться от действительности. Безусловно, мечты о социалистических преобразованиях, которые российское общество примется проводить, как только под тяжестью собственных ошибок рухнет олигархический режим, более занимательны, чем планирование практических действий по изменению социальной реальности. Но у нас есть стратегическая цель – создание социально-экономических условий для общественного прогресса и всестороннего развития личности, и первым шагом на пути к ней является создание социального государства. Решить эту задачу «сталинским ударом» не получится, а последовательная, кропотливая работа по строительству социального государства может быть сорвана (слишком серьезные проблемы стоят перед российским обществом, а напрягаться ради их решения оно не готово).

Нам придется чрезвычайно дорого заплатить в будущем за наше сегодняшнее нежелание отвечать на важнейшие вопросы, вставшие перед левым движением.

Где взять средства для модернизации промышленности и инфраструктуры в разоренной, нищей стране, практически утратившей возможность самостоятельно производить современную технику и оборудование?

Как преодолеть зависимость от экспорта сырья и продукции с низкой степенью переработки, которая ставит нашу экономическую жизнь под контроль международных банков и транснациональных корпораций?

Как мобилизовать на решение задач социалистического строительства общество, обеспеченные слои которого проникнуты потребительской идеологией, а малоимущие утратили навыки участия в общественной жизни?

И, наконец, как левые собираются мирно урегулировать внутренние конфликты и разногласия в условиях острой социально-политической борьбы, если сегодня, в относительно благоприятной общественной ситуации они демонстрируют полную неспособность к объединению?

Вряд ли можно ответить на эти вопросы, не обратившись к опыту 20-х – 50-х годов. Нам нужно заново осмыслить процессы «сталинской» эпохи, проанализировать возможные альтернативы, рассмотреть возможность иных решений. Несомненно, что 130-летие со дня рождения И.В. Сталина может стать хорошим поводом для начала такой работы.
 

21 Декабрь 2009

Комментарии
Сергей Устинов  |  23 Декабрь 2009 в 11:51
У "элит" средства есть, они даже от миллиардов лежащих на земле отказываются, из-за того что их все устраивает, что они хотят, то и получают.
Иван Бурцев  |  28 Декабрь 2009 в 00:25
О классовом альтер-альтруизме Славянская Европа Соломатин Ю.П. 22.12.2009 04:21 http://www.webground.su/rubric.php?id=48&date=20091222&doc=2151063#r2151063
И победить его мне не суметь.
Я - маршал, посылающий на смерть.
И мне не крикнуть совести: "Не сметь!"
Хотя всеобщее счастье мира на основе этих решений не построишь, но СВОИХ людей защищать( спасать) таким образом приходится.
Автор не коснулся вопросов использования понятия и принципов АЛЬТЕРальтруизма при разрешении кричащих социальных вопросов в обществе как на национальном так и на глобальном уровнях. Это дело будущих исследований.
Можно только сказать одно: при использовании понятия АЛЬТЕРальтруизма мы совершенно по - новому оценим такое преданное анафеме понятие как ДИКТАТУРА ПРОЛЕТАРИАТА. И, может быть, наконец-то поймем, чем принципиально отличается подзабытая Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа
Постоянная ссылка


Имя
Email
Комментарий
Введите число
на картинке
 



В рубрике
ПРОЩАНИЕ С БОРЬБОЙ ЗА ГЛОБАЛЬНОЕ ЛИДЕРСТВО
МАРКСИСТСКОЕ И ЛИБЕРАЛЬНОЕ ПОНИМАНИЕ ОКТЯБРЯ
ДОНАЛЬД ТРАМП ОТКРЫВАЕТ МУСУЛЬМАН
ДЖЕЙМС КОМИ И «РЕЗНЯ В СУББОТНИЙ ВЕЧЕР»

Новости
26.06.2017 Экс-президент Румынии возглавил молдавскую партию, выступающую за объединение двух стран
26.06.2017 Американские конгрессмены предлагают вывести США из Договора о РСМД
26.06.2017 «Левада-центр»: россияне назвали Сталина, Путина и Пушкина величайшими людьми
26.06.2017 Times: Великобритания может депортировать около 13 тысяч осужденных из ЕС после Brexit
26.06.2017 В России 22 млн человек живут за чертой бедности

Опрос
СКАЗЫВАЕТСЯ ЛИ НА ВАС ЛИЧНО УХУДШЕНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИТУАЦИИ В СТРАНЕ?




Результаты прошедших опросов

2008-2009 © Журнал "СОЦИАЛИСТ". Вестник института "СПРАВЕДЛИВЫЙ МИР"