все поля обязательны для заполнения!


 
Мир без героев
ДМИТРИЙ ГАЛКИН
редактор отдела политики, политический аналитик
Сюжет «Терминатора-4» изобилует явными нелепостями, из-за этого невольно возникает ощущение, что создатели фильма сознательно не пытались избежать натяжек и противоречий, связная история была им не нужна. Взрыв всех ядерных зарядов, имевшихся на земле, не создал серьезных проблем с радиацией: в уничтоженных городах прячутся люди. Штаб отрядов сопротивления находится относительно недалеко от главного центра машин, мощь которых вовсе не безгранична. Точнее говоря, машины сознательно отказываются от наиболее действенных способов уничтожения людей. Они не пытаются отравить воду или воздух, они не делают высокоточное оружие, способное поражать цели издалека. Против людей воюют разнообразные устройства, которые стремятся расстрелять противника в упор или же схватить и задушить его. Благодаря этому положение людей, обладающих транспортом, топливом и продовольствием, оказывается вовсе не безнадежным. У них есть шанс выиграть войну и спасти от гибели человечество. Попытки представить, каким будет мир после распада цивилизации (если оставить в стороне античные и средневековые картины последних дней человечества) систематически предпринимаются с тех пор, как капитализм прошел пик своего развития, примерно с 80-х годов XIX века. При этом возникали то полностью безнадежные предсказания (как в «Машине времени» Уэллса или «Галапагосах» Воннегута), то обнадеживающие размышления о том, что дело цивилизации никогда не будет полностью проиграно, пока существуют люди, сохраняющие любовь к культуре и понимающие ценность самопожертвования. Правда, оптимистические романы Роббера Мерля «Мальвиль» и Дэвида Брина «Почтальон» (по нему снял неплохой фильм Кевин Костнер), которые, как представляются, могут служить наиболее яркими примерами искренней веры в способность человечества исправить совершенные ошибки, в художественном отношении проигрывают мрачным видениям Уэллса. «Терминатор-4», хотя он и повествует о том, как люди успешно сражаются с машинами, вышедшими из-под контроля и разрушившими созданный человечеством мир, вряд ли можно рассматривать как рассказ об успешном восстановлении загубленной по халатности цивилизации. Бедствие оказалось не столь ужасным: люди сохранили производство (с оружием, продовольствием, одеждой, лекарствами никаких проблем не возникает), в их распоряжении находятся передовые технологии, они пользуются каналами коммуникации, позволяющими сражающемуся человечеству ощущать свое единство. Да и машины, как уже говорилось, стремятся не столько уничтожить человечество, сколько помериться силой в честном единоборстве. Но, главное, люди не озабочены возрождением утраченной культуры. Они не собирают библиотеки (да и вообще не читают книги), не создают любительские оркестры и театральные труппы, не смотрят кино. Исчезновение культуры они просто не заметили, так же, впрочем, как и уничтожение практически всех общественных институтов. Они достаточно комфортно чувствуют себя, разделившись на относительно небольшие военные формирования, внутри которых существует достаточно строгая иерархия (хотя начальники и подчиненные общаются друг с другом достаточно демократично). При этом в отличие от «Войны миров» Уэллса, где битва с врагами человечества была быстро и безнадежно проиграна, в «Терминаторе-4» у людей есть возможность устроиться с относительным комфортом: они контролируют определенную территорию, на которой, казалось бы, вполне могли бы воссоздать подобие цивилизованной жизни. Многочисленные антиутопии первой половины ХХ века призывали человечество отказаться от гибельного пути развития и перейти к более справедливому мироустройству, которое связывалось с уничтожением эксплуатации и созданием условий для духовного развития личности. Морлоки Уэллса и саламандры Чапека переступают через гуманистические ценности, поскольку их самих пытались превратить в бесправные орудия труда, лишив их какой бы то ни было духовной жизни (правда, саламандры изначально были к ней не слишком расположены). Послевоенные описания жизни человечества после апокалипсиса, вызванного нашествием инопланетян, экологической катастрофой, эпидемией или ядерной войной, как правило, дополнялись указанием на то, что человечество найдет в себе силы для возрождения. Этот оптимистический взгляд на человечество, впрочем, является дурным признаком. Он говорит о противоречивом соединении понимания того, что современный капитализм представляет угрозу для гуманистических ценностей, человеческой личности и окружающей среды, с представлениями о том, что человечество должно пережить крах цивилизации, чтобы перестроить общество на принципах взаимопомощи и солидарности. Лишь суровые условия жизни и угроза окончательной гибели могут заставить человечество обратиться к ценностям коллективизма и альтруизма, осознать необходимость четких нравственных принципов. Развитие монополистического капитализма, установившего господство корпораций и подчинившего жизнь общества критерию экономической эффективности, зашло так далеко, что гуманистические представления стали казаться полностью несовместимыми с реальностью. Их торжество казалось возможным только в мире, пережившем апокалипсис. Но в «Теримнаторе-4» показано, что отношения между людьми не станут солидарными и после уничтожения цивилизации. Мир, в котором происходит действие фильма, не знает героев. Вроде бы люди сражаются и рискуют жизнью, но они делают это так, словно выполняют привычную работу, не задумываясь о смысле собственной борьбы или о новых целях, которые должно поставить перед собой человечество. Пререкания командиров часто напоминают ссору руководителей корпорации, пытающихся протащить собственную антикризисную стратегию и поставить под сомнение предложения других. Поэтому создателям фильма и понадобились разного рода несуразности, связанные с необъяснимым поведением машин и относительно комфортным существованием человечества после ядерного апокалипсиса. Если бы человечество действительно оказалось бы на грани уничтожения (как это вроде бы должно вытекать из сюжета), то герои фильма не могли бы воспроизводить поведение корпоративных менеджеров. Им пришлось бы ставить перед собой другие цели: спасение как можно большего числа уцелевших, передача культурных традиций и навыков детям, справедливое распределение ресурсов. Возможно, все это совершается и в обществе, изображенном в «Териминаторе-4». Но это остается за кадром, поскольку совершенно не интересует создателей фильма. Зрителю стараются внушить: распад цивилизации вполне возможен, но его вполне можно будет пережить, а отношения между людьми не изменятся. В новом мире не будет слишком дискомфортно, а некоторые опасности и неудобства будут компенсированы небывалыми приключениями. Смерть человека (или даже значительного числа людей) не такая уж большая беда (в фильме люди гибнут сотнями, и никто по ним особо не плачет), если он не занимает важного места в иерархии и от него не зависит принципиальная возможность победы. Люди по своей природе (а не вследствие сложившихся общественных отношений) являются разобщенными и одинокими, а внимания и любви заслуживают только те, кто определяет историю. Неслучайно героем единственной любовной истории оказывается машина, изготовленная много лет назад из приговоренного к смертной казни преступника и считающая себя человеком. Главный герой женат и находится со своей супругой в ровных, доброжелательных отношениях. Особой страсти они не демонстрируют. Зато машина влюбляется по-настоящему и с первого взгляда, вроде бы пользуясь при этом взаимностью. Возлюбленная робота спасает его от уничтожения своими соратниками, рискуя жизнью, сражаясь против своих друзей (с которыми она вскоре вновь оказалась в прекрасных отношениях). Но когда Джон Коннор, спаситель человечества, оказывается при смерти и ему требуется новое сердце, девушка без надрыва соглашается, чтобы ее любимый робот отдал свое искусственное сердце лидеру повстанцев. Тот, кстати говоря, находится в полном сознании и с легкостью принимает жертву машины, которая, лишившись сердца (его почему-то нельзя изготовить искусственно) должна погибнуть. Более того, когда робот, приготовившись умереть, ложится рядом со спасителем человечества на операционный стол, тот одобрительным кивком принимает жертву, даже не предложив еще раз обдумать столь важный поступок. Подобный этический выверт был бы невозможен еще совсем недавно. Спасти главного героя ценой чужой жизни можно было бы, только воспользовавшись его бессознательным состоянием. Но нынче герои уже не те. Они с удовольствием допускают, чтобы за них жертвовали жизнью, поскольку твердо знают, что имеют на это право. Ведь место на вершине корпоративной иерархии и после апокалипсиса должно быть связано с определенными привилегиями.
03 Июль 2009

Комментарии
Сергей Лебедев  |  05 Июль 2009 в 20:53
"Терминатор" - типичная американская ("штатовская") мифология "low-middle class" с соответствующим интеллектуальным, культурным и эстетическим уровнем. Конечно, и с этическим уровнем тоже. Они просто убеждены, что, что бы ни было, явится "бог из машины" (или машина от Бога), который спасет их ценою собственной жизни, и это будет воспринято как абсолютно должное и обычное...
Иван  |  06 Июль 2009 в 22:42
..этим "героям" не понять горьковского Данко, молодогвардейцев.
ЖЛОБ в народе победил ГЕРОЯ.
ХЛЕБА и ЗРЕЛИЩ жлобам! И бесплатно!! И еще непрерывый ТРАХ!!!
От Человека к Животному ?


Имя
Email
Комментарий
Введите число
на картинке
 



В рубрике
ОПАСНЫЕ ПРОТИВОРЕЧИЯ С УКЛОНОМ
2017: ГОД, КОГДА МЫ ТЕРЯЕМ КОНТРОЛЬ НАД РОСТОМ НАСЕЛЕНИЯ ЗЕМЛИ?
ВЕЙМАРСКИЕ МГНОВЕНИЯ
ОТ ДИКТАТУРЫ К ДЕМОКРАТИИ

Новости
18.08.2017 Премьер Испании: главная задача Европы - борьба с терроризмом
18.08.2017 Турция намерена заключить соглашение с ЕврАзЭС, не нарушая таможенного союза с ЕС
18.08.2017 Память жертв терактов почтили минутой молчания в Барселоне
18.08.2017 Эрдоган призвал немецких турков голосовать против Меркель и Шульца
17.08.2017 Австрийские социал-демократы прекратили работу с задержанным советником

Опрос
СКАЗЫВАЕТСЯ ЛИ НА ВАС ЛИЧНО УХУДШЕНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИТУАЦИИ В СТРАНЕ?




Результаты прошедших опросов

2008-2009 © Журнал "СОЦИАЛИСТ". Вестник института "СПРАВЕДЛИВЫЙ МИР"