все поля обязательны для заполнения!


 
ПРЕЗИДЕНТСКИЕ "ГЛЯДЕЛКИ". КТО УСТУПИТ ПЕРВЫМ?
ДМИТРИЙ ГАЛКИН
редактор отдела политики, политический аналитик
ДМИТРИЙ ДЖАНГИРОВ
журналист (Украина)

Переговоры в Минске, от результата которых, по словам Порошенко, зависит судьба Европы и всего мира, были приурочены к встрече глав государств Таможенного союза — России, Беларуси и Казахстана. К ним присоединились представители Еврокомиссии во главе с Кэтрин Эштон, верховным представителем Евросоюза по иностранным делам и политике безопасности (в Минск также приехали еврокомиссары: по торговле — Карел де Гюхт и по энергетике — Гюнтер Эттингер).
 Таким образом Петр Порошенко получил возможность встретиться с Владимиром Путиным, не выступая в роли просителя: официально украинский президент был приглашен для обсуждения экономических и торговых проблем, связанных с подписанием Соглашения об ассоциации между ЕС и Украиной.
 В свою очередь для Путина было важно, что в переговорах приняли участие его партнеры по Таможенному союзу: российский лидер неизменно стремится продемонстрировать, что Москву нельзя рассматривать в качестве участника внутриукраинского конфликта. Потому его не может устраивать формат двусторонних переговоров с украинским руководством. Даже трехсторонняя встреча с участием представителей Брюсселя Путина устроила бы намного меньше, чем обсуждение украинского конфликта в кругу ближайших внешнеполитических союзников.
 Для Нурсултана Назарбаева и Александра Лукашенко участие в процессе мирного урегулирования вооруженного противостояния на востоке Украины также чрезвычайно важно.
 Во-первых, по прагматическим соображениям: Украина для Казахстана и Беларуси — важный внешнеэкономический партнер. Кроме того, украинский конфликт, осложнивший отношения между Западом и Россией, представляет угрозу для российских партнеров по Таможенному союзу. С одной стороны, они не могут отказаться от тесного взаимодействия с Москвой, с другой — опасаются, что в случае дальнейшего обострения противоречий между Россией и западным миром также утратят доступ к его технологиям и финансовым ресурсам.
 Во-вторых, участие в украинском урегулировании существенно повышает международное влияние Астаны и Минска, которые не собираются отказываться от самостоятельной внешней политики. Для казахстанского и белорусского руководства важно, чтобы их страны на постсоветском пространстве воспринимались как самостоятельные игроки, сознательно поддерживающие Россию, но вовсе не являющиеся ее тенью.
 В-третьих, президентам Казахстана и Беларуси необходимо продемонстрировать внешнеполитическую самостоятельность и внутри страны. Им нужно успокоить тех экспертов и предпринимателей, которые выказывают недовольство тесным сближением с Россией, и показать наличие собственной позиции приближенным политическим деятелям. И те должны осознать, что слепо ориентироваться на Москву, мягко говоря, не стоит. Нужно следить за тем, что говорит в каждом отдельном случае собственный лидер.
 Поэтому Лукашенко, подводя итоги минской встречи, заявил, что Минск станет площадкой для деятельности контактной группы по Украине. А Назарбаев предложил провести следующую встречу в Казахстане, сохранив формат минских переговоров.
 Но если для казахстанского и белорусского руководства важно не только остановить вооруженный конфликт, но и зафиксировать свое участие в этом процессе, то для лидеров западноевропейских стран и чиновников Еврокомиссии важно как можно быстрее остановить вооруженное противостояние. Чем дольше оно длится, тем важнее становится роль НАТО на Европейском континенте, что усиливает и без того высокое военно-политическое влияние США.
 В настоящее время между Вашингтоном и европейскими столицами идут сложные переговоры по ключевым положениям трансатлантического партнерства, в котором США хотели бы играть ведущую роль. Можно с уверенностью сказать, что благосостояние наиболее развитых стран ЕС напрямую зависит от того, удастся ли снизить давление на европейские правительства со стороны американской администрации, которая в случае продолжения украинского конфликта станет для Европы гарантом безопасности и защитником от российской экспансии.
 Для Берлина, стремящегося играть ведущую роль в Евросоюзе, и Брюсселя, которому важно продемонстрировать свою эффективность, крайне важно, чтобы украинский конфликт удалось разрешить силами самой Европы. Поэтому наблюдать за тем, чтобы Петр Порошенко и Владимир Путин хотя бы приступили в переговорам, приехала Кэтрин Эштон. Примечательно, что 25 августа канцлер Ангела Меркель в интервью немецкому каналу ARD заявила: Украину в НАТО никто приглашать не собирается.
 Замечание, касающееся отсутствия у Украины шансов стать в обозримом будущем членом Североатлантического альянса, несомненно, является обращением к Путину — чтобы снять его опасения, связанные с расширением НАТО за счет Украины. Канцлер устранила таким образом главное препятствие, мешавшее компромиссу между Украиной и Россией.

 

Война как фактор внутренней стабилизации
Но устранения внешнеполитических противоречий между Москвой и Киевом теперь явно недостаточно. Конфликт на востоке Украины приобрел для российского руководства огромное внутриполитическое значение, отодвинувшее на второй план внешнеэкономические и геополитические факторы, подтолкнувшие Москву к вмешательству в украинский кризис.
 Для российской и украинской власти военный конфликт в Донецкой и Луганской областях стал основой внутреннего баланса, позволяющего удерживать относительно стабильное положение, несмотря на серьезные экономические трудности, с которыми сталкиваются Россия и еще в большей степени — Украина.
 В украинском и российском обществе вопреки разворачивающейся рецессии (в Украине она, по всей видимости, уже перешла в обвал экономики) сохраняется лояльность к власти. Открыто оппозиционные политические проекты, выступающие с критикой социально-экономического курса, не имеют шанса на массовую поддержку. Если оппозиционные силы и критикуют власть, то только за нежелание любой ценой обеспечить победу в военном конфликте.
 И в России, и в Украине в экспертном сообществе образовались две «партии войны». Каждая из них обвиняет собственное государственное руководство в преступной нерешительности. При этом российские «ястребы» призывают ввести на территорию Украины танковые и десантные дивизии, чтобы разбить украинскую армию. А украинские — подвергнуть города, остающиеся под контролем сепаратистов, массированным артиллерийским и авиационным ударам.
 Самое опасное, что эти безумные призывы начинают все чаще повторять политики, а значит, власти придется на них реагировать. В особенности это касается Украины, где уже фактически началась избирательная кампания, главной темой которой неизбежно станет конфликт на востоке страны. Нет никаких оснований сомневаться в искренности украинского президента, пообещавшего сделать в Минске все возможное, чтобы остановить кровопролитие и «начать сложный процесс поиска политического компромисса».
 Заметим, кстати, что никаких значимых результатов минские переговоры не принесли. А двусторонняя встреча Петра Порошенко и Владимира Путина, завершившаяся поздно вечером 26 августа, по-видимому, прошла неудачно.
 Конечно, нельзя было надеяться на то, что уже первая российско-украинская встреча на высшем уровне откроет дорогу к миру. От завышенных ожиданий в связи с минскими переговорами предостерегала и Ангела Меркель в телеинтервью 25 августа, и Александр Лукашенко в ходе своей минской беседы с Кэтрин Эштон. Важно, что переговорный процесс начался, обозначилась альтернатива продолжению боевых действий. Но нет никакой гарантии, что украинские и российские политики не станут давить на лидеров обеих стран, вынуждая их занимать жесткую позицию, выдвигать требования, препятствующие прекращению огня.
 Будучи главой государства, Петр Алексеевич, конечно же, понимает, какую угрозу для украинской экономики, переживающей тяжелый кризис, представляет военное столкновение на востоке. Если конфликт продлится еще полгода, то экономический коллапс, который неизбежно похоронит действующую власть, станет вполне реальным.  Время работает против Украины. Разрушение промышленных объектов (в том числе электростанций и крупных предприятий), рост числа беженцев, огромные расходы на АТО, непосильные для падающей экономики, неизбежно приведут к экономической катастрофе.
 Кроме того, продолжение конфликта неизбежно превратит межрегиональные противоречия во взаимную ненависть. И она не исчезнет после восстановления гражданского мира и станет причиной новых столкновений. Однако все это произойдет в будущем.
 Если же украинский президент согласится на условия перемирия, которые «партия войны» (во время избирательной кампании она обязательно пополнится) сможет объявить предательством национальных интересов, то главу государства ждет острый политический кризис еще до окончания парламентских выборов. А президентская «Солидарность» обязательно окажется на них главным неудачником, и новое парламентское большинство может быть сформировано без ее участия.

 

Восточноукраинская ловушка для России
Порошенко заявил в Минске, что готов обсуждать все варианты мирного урегулирования, при которых все стороны. По-видимому, Петр Алексеевич ясно осознает, что в противостоянии на востоке не может быть проигравших, а прекращение конфликта возможно, только если все его стороны смогут объявить о собственном успехе.
 Российское руководство могло бы сделать это в том случае, если бы Донецкой и Луганской областям была предоставлена широкая автономия, предполагающая экономическую самостоятельность (это нужно для того, чтобы гарантировать имущественные интересы окружения Януковича, которое в этом конфликте выступало в качестве союзника российской власти). Кроме того, Москва хотела бы получить гарантию, что Украина не присоединится к НАТО. А для этого необходимо, чтобы новые автономные образования получили право вето во внешнеполитических вопросах.
 Теоретически для украинского руководства такие условия могли бы оказаться приемлемыми, если бы оно получило возможность представить как победу сам факт сохранения Донецкой и Луганской областей в составе Украины. Но конкуренты и соперники государственного руководства, стремящиеся снизить реальное влияние президента, конечно же, не позволят ему этого сделать.
 Предоставление мятежным регионам расширенных полномочий (что, кстати, является распространенной европейской и мировой практикой) будет трактоваться как национальная измена. Можно представить, например, как будут спекулировать на данной тематике Олег Ляшко или Анатолий Гриценко. Поскольку отношения между президентом и премьер-министром крайне напряжены (в интервью Яценюка 22 августа украинским каналам содержалось несколько скрытых выпадов против Порошенко), нельзя исключать, что удар по позициям главы государства также нанесет председатель правительства.
 Соответственно украинский президент вряд ли сможет помочь Кремлю выбраться из той ловушки, в которую тот загнал себя на востоке Украины. Без этого не удастся установить на Донбассе прочный мир (и даже надолго обеспечить прекращение огня).
 Российская власть в краткосрочном плане выиграла от вооруженного конфликта на востоке Украины, поскольку сумела использовать его для консолидации общества. Российские граждане пока игнорируют экономическую рецессию и наметившееся снижение уровня жизни, поскольку боятся лишить поддержки власть, сражающуюся за права русскоязычных граждан Украины, спасающую их от бесчинств «хунты» и «Правого сектора». Конечно, так долго продолжаться не может. Но Кремль получил время для маневра, для создания политических, информационных, организационных инструментов, что позволило отвлечь от себя социальное недовольство.
 Однако в среднесрочной перспективе российская власть неизбежно столкнется с весьма серьезными проблемами. Российские банки и корпорации уже несут существенные потери, вызванные удорожанием западного кредита (компании, оказавшиеся под европейскими и американскими санкциями, вообще лишились доступа к западным ресурсам). Западные санкции снижают международный вес России. Превратившись в оппонента США и ЕС, РФ стала не слишком удобным партнером для наиболее могущественных стран «третьего мира», которым нужно поддерживать партнерские отношения с Западом, чтобы не создавать препятствий для собственного развития.
 Москва объективно заинтересована в том, чтобы остановить кровопролитие на Донбассе, поскольку это предоставляет ей шанс наладить отношения с Западом (вполне возможно, что США не позволят этого сделать и после перехода к политическому урегулированию).
 Но если на востоке Украины восстановится мир, а российская пропаганда не сможет преподнести прекращение конфликта как торжество внешнеполитического курса российского президента, граждане России могут обратить внимание на экономические проблемы. В результате начнется быстрый рост протестных настроений, к чему российская система совершенно не готова.
 Поэтому минский призыв Путина начать «мирный диалог с представителями юго-восточных регионов» (по-видимому, это следует понимать как требование предоставить им автономию) — это не просто риторический прием. И уж тем более российский президент не пытается таким образом оправдать свое вмешательство. Он называет самое важное для него условие мира.

 

Несколько поводов для сдержанного оптимизма
Российский президент выступает бОльшим сторонником мира, чем сами «представители юго-восточных регионов», которые отказываются даже рассматривать возможность переговоров с правительством.
 Накануне минской встречи глава правительства самопровозглашенной ДНР Александр Захарченко заявил, что не может быть и речи о том, чтобы ДНР осталась в составе Украины, а потому перемирие, даже если оно будет достигнуто, окажется хрупким.
 Подобные высказывания одного из руководителей сепаратистов свидетельствуют не о его разногласиях с Путиным, а о том, что он вовлечен в информационную политику Кремля. Еще в 90-е у российского руководства сложилась традиция перед заявлением собственных требований выпускать на политическую сцену радикалов (тогда в этом качестве выступали преимущественно Зюганов и Жириновский), которые выдвигали совершенно невозможные условия. Теперь эта функция, по-видимому, отчасти перешла к лидерам сепаратистов, которые пользуются сочувствием значительной части российского общества.
 С практической точки зрения важнее всего то, что российский лидер в Минске был вынужден признать, что поддерживает территориальную целостность Украины. Более того, все участники переговоров поддержали «стратегию мирного развития Украины». Это значит, что Владимир Путин, отстаивая свои интересы, не пойдет в украинском вопросе на открытый конфликт с ЕС. Тем более что, как заявила в Киеве Ангела Меркель, нового передела Европы не будет.
 Но главным основанием для оптимизма является то, что и США, и в особенности ЕС заинтересованы в немедленном прекращении боевых действий. Меркель дала четкий сигнал накануне минской встречи, заявив, что ВВП Германии несет значительные потери вследствие кризиса на востоке Украины.
 Это значит, что европейские и американские лидеры могут заставить украинских политиков отказаться от противодействия украинской же власти в мирном разрешении вооруженного конфликта. Конечно, политики, сделавшие ставку на популистскую риторику), скорее всего, проигнорируют намеки из Берлина и Вашингтона. Но те, кто хочет выглядеть в глазах Запада серьезными и адекватными, откажутся от спекуляций, призванных подорвать позиции президента.
 Украинское руководство все равно столкнется с политическим кризисом, властная система непременно пойдет вразнос по мере того, как экономические трудности будут принимать все более опасный характер. Если же новый кризис начнется после того, как прекратятся боевые действия и установится (пусть и хрупкий) мир на востоке, Украина сможет пережить надвигающиеся испытания. Значительно хуже будет, если политическая дестабилизация охватит страну прежде чем завершится вооруженный конфликт.
 Президент Назарбаев заявил в Минске, что и для России, и для Украины наступает «час истины», поскольку «кровопролитие больше продолжаться не может».
 Москва и Киев получили шанс остановить вооруженный конфликт. И от того, сумеют ли они воспользоваться этой возможностью, зависит судьба украинского и будущее российского государства. 

 

Статья была опубликована первоначально в украинском общественно-политическом издании "Еженедельник-2000"

01 Сентябрь 2014

Комментарии
Сергей Бахматов  |  01 Сентябрь 2014 в 20:51
Юго-восточный регион Украины уже больше не принадлежит Украине, после развязывания гражданской войны и применения ей против народа всех имеющихся у неё вооружений и создании ситуации гуманитарной катастрофы. Тут уже не вопрос русского языка и подчинённого положения. Попраны все элементарные права человека, для гарантии которых вообще-то и создаётся государство.
В этой войне посредством наёмников и волонтёров принимают участие все заинтересованные стороны, и Запад в этой схватке проигрывает. Запад всегда проигрывает в войне против России. Россия сильна несмотря ни на что.
Всё остальное – сантименты, кто на кого и как посмотрел это как раз для Запада с эго комплексами неполноценности и энграммами.


Имя
Email
Комментарий
Введите число
на картинке
 



В рубрике
ОПАСНЫЕ ПРОТИВОРЕЧИЯ С УКЛОНОМ
2017: ГОД, КОГДА МЫ ТЕРЯЕМ КОНТРОЛЬ НАД РОСТОМ НАСЕЛЕНИЯ ЗЕМЛИ?
ВЕЙМАРСКИЕ МГНОВЕНИЯ
ОТ ДИКТАТУРЫ К ДЕМОКРАТИИ

Новости
18.08.2017 Премьер Испании: главная задача Европы - борьба с терроризмом
18.08.2017 Турция намерена заключить соглашение с ЕврАзЭС, не нарушая таможенного союза с ЕС
18.08.2017 Память жертв терактов почтили минутой молчания в Барселоне
18.08.2017 Эрдоган призвал немецких турков голосовать против Меркель и Шульца
17.08.2017 Австрийские социал-демократы прекратили работу с задержанным советником

Опрос
СКАЗЫВАЕТСЯ ЛИ НА ВАС ЛИЧНО УХУДШЕНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИТУАЦИИ В СТРАНЕ?




Результаты прошедших опросов

2008-2009 © Журнал "СОЦИАЛИСТ". Вестник института "СПРАВЕДЛИВЫЙ МИР"